Служанка торопливо покинула его покои.
Тристан уже собирался сделать глоток, как ему в нос ударил странный сладковатый запах. Он принюхался. Нет, все-таки показалось. Он пригубил вино и задержал во рту, смакуя его. Теперь приторно-сладкий привкус отчетливо ощущался на языке. Тристан мог определить сорт вина и срок выдержки любой бутылки в своем погребе, и это точно было не аэранское вино сорокалетней выдержки. Либо в него что-то добавили.
Он быстро сплюнул напиток в бокал и, схватив графин, несколько раз прополоскал рот водой.
– Что за проклятье? – выругался он и направился к старинному шкафу из красного дерева, что занимал почти всю стену. Тристан открыл одну из стеклянных дверей и взял с полки граненый серебряный кубок. Он стоял лишь для красоты, но Тристан знал, что на Востоке все знатные господа ели исключительно из серебряной посуды в целях безопасности.
Плеснув вино в кубок, Тристан взболтал его и стал ждать. Он ходил по комнате туда-сюда, и с каждым шагом боль в висках усиливалась. Спустя несколько минут он вылил вино из кубка и обнаружил, что внутренние стенки серебряной утвари потемнели.
Его пытались отравить.
– Стража! – рявкнул он, сжимая бокал до побелевших костяшек пальцев.
Двери распахнулись, и в покои ворвался один из его телохранителей, Даниэль.
– Да, Ваше Высочество!
– Живо приведите служанку, которая приносила ужин, и позовите Флоренс!
– Сию минуту, мой принц!
Даниэль вышел, а Тристан в порыве гнева сбросил со стола тяжелый поднос с остатками еды и сел на него. Посуда, косточки, корки хлеба – все разлетелось по ковру, оставляя крошки и жирные пятна, но Тристану было плевать. Преследование в городе, попытка отравления в собственном замке. Что за чертовщина происходит? Кто желает ему смерти? Первым делом он подумал на Артура. Неужели он выяснил, что Тристан поддерживает Рэндалла? Но он совсем недавно был в Фортисе и не заметил ничего подозрительного в поведении Артура. Да и тому невыгодно убивать Тристана. Он до сих пор не выдал ему тайн гильдии. Умрет Тристан – погибнет «Черная роза».
Через несколько минут в комнату ворвалась перепуганная Флоренс. Ее всегда румяные пухлые щеки были бледнее снега, а губы, накрашенные алой краской, дрожали.
– В-ваше Высочество…
– Где дрянь, что пыталась меня отравить? – холодно выплюнул Тристан, с трудом сдерживая гнев.
– Ваше Высочество… она… – Флоренс передернуло, будто по ее спине ползали пауки. – Как только она поняла, что стражи пришли за ней… Она выпила яд, который прятала в кармане фартука. Илона мертва.
Тристан еще сильнее сжал серебряный кубок, который до сих пор не выпустил из рук. Через мгновение сосуд со звоном ударился о стену позади Флоренс. Она даже не вздрогнула – только моргнула.