В эпоху магии и алхимии, где каждая солнечная струна могла запеть, Король Арден твердо стоял на своем пути. Масштабные битвы и загадочные заговоры лишь укрепляли его в уверенности в правильности его выбора. Вокруг него скрывались потусторонние силы и тайны древних колдовств, вызывающие дрожь во всем королевстве....
Свидетелем выступал молодой царь Кай, который прибыл в Арден из Аталаса и планировал погостить несколько недель.
После завершения встречи Рэндалл собирался немедленно отправиться в детскую. Теперь он каждую свободную минуту стремился проводить с детьми, чтобы наверстать упущенное из-за вынужденной разлуки время.
Но отец задержал его.
– Рэндалл, мы можем поговорить? – спросил он тихо и сбивчиво."
"– Конечно. – Рэндалл, уже успевший дойти до двери, вернулся к столу и сел в кресло.
Алан кивнул стражникам, оставшимся в зале Совета, и те вышли.
– О чем ты хотел поговорить?
Алан опустил голову и нервно затеребил ниточку, торчащую из вышивки камзола. Он хмурился, жевал нижнюю губу и всем своим видом напоминал провинившегося ребенка. Рэндаллу стало неуютно от того, каким жалким выглядел некогда статный король.
– Я хотел… хотел… – Алан тяжело вздохнул, а потом поднял на Рэндалла взгляд, полный боли и тоски. – Я хотел извиниться перед тобой…
Рэндалл так резко вздохнул, что спину пронзила острая боль.
– Извиниться? – недоверчиво переспросил он. – За что именно?
Тристан поведал ему, что сначала Алан собирался поддержать Артура, лишь бы не признавать слабость перед всеми правителями Материка.
– За все, – ответил Алан с обреченностью и каким-то неведомым для Рэндалла облегчением.
Нахмурив брови, он продолжал смотреть на отца, и тогда Алан стал говорить. То, что Рэндалл мечтал услышать долгие годы.
– Прости за то, что не был тем отцом, которого ты заслуживал. За то, что получал от меня только бездушие и презрение.
– Я результат твоей самой гнусной ошибки, – равнодушно отозвался Рэндалл. По его виску скатилась холодная капля пота от того, как много усилий он прикладывал, чтобы держать спину прямо и дышать размеренно и спокойно. – Мне понятно твое отвращение ко мне.
– Нет. – Алан покачал головой. – Это не так. Я не испытывал к тебе отвращения.
– Неправда.
– Правда.
– Страх? – Рэндалл выгнул бровь, совершенно не понимая, что несет отец. Может быть, у него очередной припадок от снадобий, которыми пичкал его Артур?
– Я боялся тебя.
– Не понимаю, – сдавленно прошептал Рэндалл. Горло словно перетянули прочным канатом.
– Ты хоть осознаешь, как сильно похож на свою мать? Каждый раз, глядя в твои глаза, я вижу ее. Даже сейчас. Я вижу ее полный разочарования и боли взгляд.
