– Вы мне нос сломали, ваше высочество, – напомнил он.
– Но не прошло и двух дней, а ваш нос в полном порядке, – я не удержалась и задала вопрос, который уже давно меня волновал. – А вот шрам у вас на шее – старый. И он почему-то не исчез…
– А вы всё заметите, – огрызнулся Рихард и подставил бокал, требуя ещё вина.
Танцовщицы ожили и продолжили свою обольстительную пляску, правда, теперь двигались немного неуклюже, а руками махали, как ветряные мельницы, и косились на короля, как кролики на волка.
Я подождала, но ответа от дракона так и не получила, поэтому снова спросила:
– Об этом нельзя спрашивать?
Рихард переглянулся с братом, и герцог Тюнвиль коротко ответил:
– Нельзя.
«Это значит, что есть средство, против которого даже драконы не устоят», – подумала я, и аж в ладонях зазудило – так захотелось узнать эту тайну.
Но Тюнвиль уже подливал вина, принесли новую порцию жареного мяса, и Лионель больше не сидел мрачным, а таращился на круглые зады женщин, которые выписывали ими восьмёрки.
– В позапрошлом году я был в Анжере, – сказала я Тюнвилю, – и там видел герцога ди Амато. Он тоже дракон, но не слишком похож на вас. Почему?
Рихард сделал вид, что ничего не слышит, начав хлопать в ладоши, чтобы подбодрить танцовщиц, а Тюнвиль объяснил:
– Мы все принадлежим к одному народу, но связаны очень дальним родством. Так и вы – одной крови с прежним королём, но вряд ли слишком похожи.
– А, так вы не родня, – протянула я.
– Наши семьи разделились много веков назад, – Тюнвиль был очень разговорчив, но меня это полностью устраивало.
Тем более что он начал рассказывать о драконах, про которых у нас врали напропалую – и едва ли в этом вранье была хоть крупица правды. А тут я могла услышать всё из первых уст. Ну, или из вторых, если считать уста короля Рихарда первыми."
"– Были три сестры – Мелюзина, Мелиор и Палатина, – брат короля налил нам ещё вина, и я подалась вперёд, слушая в оба уха. – Мелюзина была обольстительницей – самой красивой и влюбчивой, Мелиор – отважная охотница, а Палатина – воительница, хранительница копья и щита. От Мелюзины пошёл род Венатуров, от Мелиор – ди Амато, а нашей с Рихардом прародительницей была Палатина, все её дети носили фамилию Палладио, это означает «защитники». Поэтому мы всегда были защитниками рода драконов.
– Теперь вы их не только защищаете, но и повелеваете ими, – подсказала я. – Ваш брат изгнал законного наследника – прежнего герцога ди Амато и казнил его мать, а титул отдал младшему, незаконнорожденному сыну.[1]
– Вы не знаете, что тогда произошло, – сказал Тюнвиль высокомерно, и стал невероятно похож на своего старшего брата. – Рихард восстановил справедливость.
– А, это именно так называется, – уточнила я и глубокомысленно покачала головой.