– Сердца драконов из плоти и крови, а вовсе не каменные. Вот, убедитесь сами, – он поймал руку принцессы, пытаясь прижать её ладонь к своей груди.
Он ждал, что сейчас девушка начнёт вырываться, опять пригрозит мужем, возможно, позовёт слуг на помощь, но вместо этого горячая и нежная ладонь прикоснулась к его коже – на груди, слева, и принцесса Хильдерика чуть склонила голову к плечу, вслушиваясь в сильное и ровное биение драконьего сердца.
– Ну что, вы убедились? – Тюнвиль спросил об этом резче, чем хотел, но девушка не испугалась его подрыкивания, но лицо её стало задумчивым. – Моё сердце бьётся, – продолжал дракон. – Оно живое, а не каменное.
Она подняла на него глаза и посмотрела совсем без страха, и Тюнвиль каким-то животным чутьём догадался, что сейчас видит истинную Хильдерику. В самом деле, с чего он решил, что та робкая девица, которую они с братом встретили на подъезде к Солерно – она настоящая? Разве не эта девушка встала против разъярённого дракона, защищая своего мужа? Рихард здорово сглупил, когда не захотел жениться на ней. Недостаточно благородна – так он сказал. Глупец! При всём своём человеческом уме и драконьей хитрости – глупец. В этой деве благородства было больше, чем в ста чистокровных принцессах.
Ладонь всё ещё касалась его груди, и Тюнвиль накрыл руку девушки обеими руками, прижимая покрепче.
– Моё сердце – живое, – повторил он проникновенно. – И оно способно на высокие и сильные чувства, что бы там ни придумывали про нас люди.
– Возможно, – задумчиво кивнула принцесса Хильдерика.
– Не сомневайтесь, – бросился убеждать её Тюнвиль. – Я прилетел, чтобы защитить вас, и никому вас не отдам, пусть даже нарушу все законы – и человеческие, и небесные!
– А закон своего брата? – невинно напомнила она, опуская ресницы с таким страдальчески-трогательным видом, что Тюнвиль готов был придушить не только принца, но и встать против Рихарда, если тот не позволит забрать эту деву. – Правда короля Рихарда запрещает связь с замужней женщиной. Закон прямо говорит об этом.
– Нет никаких других законов, – сказал Тюнвиль пылко, – кроме одного – закона любви. Вы же видите – всё как в древней легенде. Дракон повержен не могучим воином, а нежной красавицей. Принцессой. И дракон полностью в её власти… Пленён… влюблён… у её ног… – он наклонился, чтобы поцеловать алые дрожащие губы, которые так и манили его, так и звали.
Поцеловать, выпить дыхание, согреться теплом до самого сердца, а потом – схватить свою драгоценную добычу в охапку, утащить из этой проклятой башни, где дурак-принц держит без любви и страсти самую лучшую, самую прекрасную…
Ладонь на его груди из ласкающей, согревающей тело, превратилась в отталкивающую.
Да! Нежная принцесса его отталкивала!.. В который раз!..