– Может, дело не в герцоге, а в короле? Принц Альбиокко так смотрит на короля Рихарда, что можно подумать, он влюблён! А эти… – она запнулась, покраснела, но потом решительно закончила: – эти пятна у тебя на шее – они не синяки! Это от поцелуев! Это ты лжёшь и что-то скрываешь! И считаешь меня безмозглой дурочкой, предательницей хотя я всегда была на твоей…"
"– На моей стороне, – повысила я голос. – Помню, не повторяйся. Только откуда у скромной и целомудренной принцессы Хильдерики такие познания – насчёт поцелуев? Просветишь меня?
– Эту науку ты изучаешь сама, как я погляжу, – ответила подруга с необыкновенным хладнокровием. – И очень успешно, похоже.
– На что это ты намекаешь? – спросила я с угрозой.
– А ты на что? – не осталась она в долгу. – Когда появились эти драконы, я только и слышу от тебя упрёки и подозрения. Я была рядом с тобой столько лет. Думала, мы заодно, подруги… Но теперь вижу, ты считаешь человеком только себя, Анча. А я… Кто я для тебя? Домашний питомец? Удобная вещь?
– По-крайней мере, вещь промолчала бы сегодня перед дворцом, – сказала я жёстко и оттолкнула её. – А не лгала бы в пользу самозванки. Растерялась она!.. Кому ты врёшь? Я знаю тебя, как свои собственные карманы! Что за игру ты затеяла, Хильдика?
– Игру? Какую игру? – она снова побледнела и стала белее собственной рубашки.
– И главное, – продолжала я, – на чьей ты играешь стороне. На стороне моего отца? Короля Рихарда? Или тут подсуетился кто-то из пограничных лордов? Может, Ламброзо у нас такой хитрый?
– Я на твоей стороне, Анча, – Хильдика настаивала, и это бесило всё больше. – Как мне доказать тебе? Что ты хочешь, чтобы я сделала?
– Хочу, чтобы сказала правду, – отрезала я.
Она помолчала, а потом тихо произнесла:
– Хорошо, скажу правду. О какой правде идёт речь? Мне надо при всех объявить, что та девица, что прибыла во дворец в твоём платье, и которую узнал твой отец – совсем не принцесса Аранчия? Я скажу. Или мне надо сказать, что король Атангильд лишился рассудка настолько, что принял во дворце чужого человека, как собственную дочь? Могу сказать и это. Или ты желаешь, чтобы я сказала, что принц Альбиокко – женщина? Скажу…
– Не делай вид, что не понимаешь! – взорвалась я. – Ты прекрасно знаешь, чего я жду от тебя!
– Ждёшь, что я в одном буду говорить правду, а в другом лгать? – сегодня Хильдика превзошла саму себя. – Или лгать можно только тебе, а другим не позволяется?
– Это другое! – зарычала я почище короля Рихарда. – Если ты решила довести меня, у тебя прекрасно получается!
– Ладно, прости, – Хильдика примирительно протянула ко мне руки. – Конечно, это – другое. Не сердись, просто у меня тоже сегодня душа не на месте.
– Не заговаривай мне зубы, – я грубо оттолкнула её руку.