В королевской роскошной бане царит спокойствие и великолепие, но в одно мгновение все изменилось: призрачное блики на воде, словно купающийся злой демон. Король Рихард, как всегда, превращается в дракона — зрелище для слабонервных. Но этот раз, он не просто съест каждого, кто попадется в его хищные лапы, но и непредсказуем: может ли он откусить голову себе или другому за малейшее ослушание?...
"
"– Я бы на вашем месте не защищал принцессу Хильдерику так рьяно, – король намочил руку и вытер лицо. – После того, как она вступила в сговор с мятежниками.
Теперь и мне захотелось вытереть лицо ладонью, а заодно расстегнуть камзол, потому что стало жарко.
– Откуда вам это известно? Или вы голословно обвиняете мою жену? – спросила я напористо, стараясь не показать, как перепугалась.
Дурочка Хильдика заигралась. И оставалось надеяться, что дракон лишь подозревает, а прямых доказательств у него нет. Кроме… кроме лже-Аранчии!.
– Не надо считать меня за идиота, ваше высочество, – дракон с удовольствием наблюдал за мной, и мне казалось, что он видит меня насквозь.
То есть – вот совсем насквозь. Со всеми моими тайнами…
– Не потому ли вы так рвались поговорить с подставной сестрицей? – продолжал Рихард. – Боялись, что правда о вашей драгоценной жёнушке дойдёт до меня? Не бойтесь, я всё знаю.
– Мне кажется, вы заблуждаетесь, – я постаралась выглядеть как можно увереннее. – Моя жена не способна на предательство. Она…
– …всего лишь притащила во дворец самозванку, которая пыталась убить короля, – закончил Рихард елейным голосом. – И раздаёт направо и налево королевские пропуски наёмным убийцам. Неужели, вы такого низкого мнения обо мне, ваше высочество? Признаться, я даже обижен.
– Не докажете! – выпалила я.
– Да неужели? – король перестал дурачиться и подался вперёд, сев в ванне и крепко схватившись за её края, так что могучие мускулы на плечах заиграли.
– Нет, – произнесла я через силу.
– Боялись, что главарь выдаст вашу жену, – понял Рихард. – А я поверил вам, ваше высочество. Как вы меня уговаривали на шахматном турнире? Доверьтесь мне, ваше величество…
Я угрюмо молчала, глядя в воду, из которой то выныривало то опять скрывалось колено короля.
