В королевской роскошной бане царит спокойствие и великолепие, но в одно мгновение все изменилось: призрачное блики на воде, словно купающийся злой демон. Король Рихард, как всегда, превращается в дракона — зрелище для слабонервных. Но этот раз, он не просто съест каждого, кто попадется в его хищные лапы, но и непредсказуем: может ли он откусить голову себе или другому за малейшее ослушание?...
– Хорошая природа, – вежливо сказал король, но коня придержал и поехал следом за нами на расстоянии десяти шагов.
О чём-то они там шептались с братом, но мне было не до их шёпота. Я лихорадочно соображала, что предпринять и как отказаться от королевской чести погостить в Солерно о возвращения Аранчии. Пятьсот человек и два дракона разорят нас вернее, чем год регулярных набегов подлеца Ламброзо. Но ведь не скажешь прямо – уматывайте, вашество, да побыстрее, нам с вами не очень.
– Накликала… накликала… – зашептала Хильдика, бледная как смерть.
Пришлось в третий раз уткнуть её в плечо. Припадки мне сейчас точно ни к чему. А вот хороший совет не помешал бы. Только где же его взять – хороший совет?.."
"Мы въехали в ворота Солерно, и стражники, уже оповещённые, с кем мы возвращаемся, испуганно прижались к стенам, опуская головы, когда Рихард проезжал мимо. Мне стало досадно за своих людей – могли бы вести себя с достоинством, а не как сопляки при нянюшке.
Наши кони поднялись по крутым узким улицам, к замку, и там уже всё готово было к торжественной встрече. Только получилась она скомканной. Служанки, которым полагалось размахивать разноцветными лентами, приветствуя важного гостя, стояли бледные, как покойники, и совсем позабыли, что лентам полагается плескаться над головами, а не мести камни мостовой. Почётный караул был совсем не почётным, а перепуганным, и даже отец начал заикаться, когда заговорил, как счастлив видеть верховного короля.
Я хотела под шумок передать Хильдику слугам, но никто не подошел к нам, чтобы помочь ей спуститься. Пришлось шикнуть пару раз, и только тогда две придворные дамы, отмерев, приняли у меня Хильдику и подпёрли с двух сторон, чтобы стояла твёрже. Я перебросила поводья груму и встала рядом с ней, на случай, если моей «жёнушке» снова захочется упасть в обморок.
Рихард выслушал речь отца благосклонно, спрыгнул с лошади и отряхнул ладони, прежде чем обменяться с ним рукопожатием.
– Приятно видеть тебя, Атангильд, в добром здравии, – вальяжно сказал он, а я только скрипнула зубами, потому что мой отец был старше дракона, по меньшей мере, в два раза. – Мы тут с Тюнвилем решили прогуляться, ехали мимо и заглянули к тебе. С сыном твоим почти познакомились, только имени его ещё не узнали…
– Он не представился? – заволновался отец и посмотрел на меня с укором. – Я сейчас же исправлю это, ваше величество.
