– Они были драконами, а захотели стать людьми? – переспросила я.
В это невозможно было поверить. Кто по своей воле откажется от власти, от почти абсолютной силы… От самой грозной силы во всей вселенной!..
– Знаешь, – Брюна задумчиво поправила кинжалы, торчавшие у неё за поясом, – год назад я бы тоже удивилась, но теперь понимаю, почему они так сделали.
– И почему же?
– Видишь Пинуччо? – она указала большим пальцем за плечо, на своего мужа, который сразу же насторожился. – Он, конечно, болван ещё тот, и порой доводит меня до бешенства, – эти слова Брюна произнесла громко, так что «болван» Пинучо точно услышал, – но он полюбил меня, я полюбила его, – тут она снова заговорила тихо, чтобы слышала только я, – и я это ни на что не променяю.
Ни на золото, ни на жемчуг, ни на драконьи силы. Драконы не умеют любить, они знают только страсть. Да и та сразу заканчивается, как только девица перестаёт быть девицей. Лишь человек умеет любить. Девицу, женщину, старуху, калеку… Человек умеет любить даже мертвеца. Умеет любить память о своей любви.
Поэтому папа и остальные – они все выбрали человеческую любовь.
– Сколько философии, святые небеса! – изумилась я, неприятно задетая этой речью.
Как будто девчонка меня в чём-то упрекнула. В чём? В том, что я стала драконом? Так это не по моей воле…
– Кто тебе сказал этот бред? – спросила я с вызовом. – Или сама придумала?
– Мелхола сказала, – Брюна ничуть не обиделась, глядя на блестящие дельфиньи спины, разрезающие волны. – У неё не все голуби на чердаке, у Мелхолы, но иногда она говорит очень дельные вещи.
Она сказала, что люди тоже не всегда хранят верность любви, но у людей есть хотя бы надежда, что любовь будет навсегда. А у драконов нет и надежды.
– Кто такая Мелхола? – продолжала я расспрашивать, потому что личность этой странной незнакомой женщины меня очень заинтересовала.
Получалось, что она видела происходившее в могильнике.
Видела, как Рихарда ударили кинжалом. Что королю угрожает опасность. Видела… или была в сговоре с мятежниками? Но если в сговоре, то зачем собирать целую армию в Солерно? А если это – хитрый план по захвату власти? Пока все силы сосредоточены здесь, мятежники могут взять столицу.
Я беспокойно заоглядывалась, отыскивая Рихарда. Лучше сейчас позаботиться о безопасности наших городов, а не выяснять, почему герцогу Тюнвилю захотелось любить по-человечески.
– Мелхола – моя мачеха, – объяснила Брюна и добавила: – Она провидица. Всё знает. Как только голова не треснет от таких знаний.
