В королевской роскошной бане царит спокойствие и великолепие, но в одно мгновение все изменилось: призрачное блики на воде, словно купающийся злой демон. Король Рихард, как всегда, превращается в дракона — зрелище для слабонервных. Но этот раз, он не просто съест каждого, кто попадется в его хищные лапы, но и непредсказуем: может ли он откусить голову себе или другому за малейшее ослушание?...
Ты так неосмотрительно дерзила королю… У тебя пропало чувство опасности? Разве ты не чувствуешь, что находиться рядом с ними – всё равно, что встретиться со львом в пустыне один на один?
Мне показалось, что говорила она очень искренне, и звоночек нехорошего предчувствия звякнул в моём сознании отчётливее. Да, в мыслях я тоже сравнивала Рихарда с диким зверем, со львом, но мне совсем не хотелось падать перед ним ниц и каяться. Он злил, бесил, выводил из себя, но не до такой уж степени, чтобы дрожать апельсиновым листиком на ветру.
Звякнул колокольчик. Но не серебряный, на стене, а медный, возле двери.
– Пойду, узнаю, что случилось, – Хильдика оставила панику и в одно мгновение превратилась в величественную и рассудительную жену наследного принца. – А у тебя есть время… подумать.
Она вышла, и я собралась последовать её совету, но ничего не получилось, потому что спустя пару секунд моя «жёнушка» ворвалась в комнату, захлопнула дверь и привалилась к ней спиной.
– Ты что? – спросила я, ожидая всего, что угодно – от нападения на Солерно до новости, что король Рихард поперхнулся насмерть апельсиновым зёрнышком.
– Король Рихард… – прошептала Хильдика, бледнея и молитвенно переплетая пальцы. – Он в бане… моется…
– Неужели, утонул? – приподняла я брови. – Так это отличная новость, не находишь?
– Он моется и зовёт тебя! – выпалила она. – Он требует, чтобы принц прислуживал ему!
– Какой красавчик, – похвалила я его заочно. – Ладно, уже иду.
– Идёшь?.. – Хильдика совсем растерялась.
– Прислуживать, – пояснила я, подобрав с пола берет и отряхнув его. Петушиные перья сломались, и я, покрутив головной убор, оторвала их без жалости, а берет надела на макушку, не слишком заботясь о красоте. – Потру спинку его дракошеству. Заодно посмотрю – везде он покрыт чешуёй или есть уязвимые места.
– Ты что такое говоришь? – залепетала моя подруга. – Тебе совсем не страшно, Анча?
– Страшно, конечно, – доверительно сказала я ей. – Вдруг у него ноги кривые? И заодно прыщи на заднице? Такой удар по моему тонкому королевскому вкусу…
– Точно – сумасшедшая, – выдохнула Хильдика и шагнула ко мне, поправив мой берет.
– Если то, что мы слышали об этом короле – правда, моей чести ничего не грозит, – успокоила я её. – Мальчики его не интересуют, и я останусь верен тебе, моя красавица.
Теперь Хильдика покраснела, не сдержалась и фыркнула. И ткнула меня в бок кулаком.
