В зимнем королевстве, где смерть кажется неотступной тенью, поднялся смелый молодой кузнец. Он решает искать новый мир за пределами своих унылых стен, надеясь найти силы противостоять вечной тьме. В пути он откроет, что его драгоценный кузнецкий ремесленник — это ключ к борьбе с смертью и королевским злом....
Теперь в подобные сны увлекали его самого — словно бледные русалочьи руки в темную воду утаскивают неосторожного путника, склонившегося над тихим лесным озером. Ничего дурного с молодым Королем в этих снах не происходило; даже напротив — эти свидания ему очень нравились, но…
Но в его снах было две проблемы.
Во-первых, навести сны на кого угодно легко, но на Короля?! Охраняемого могущественными магами всей страны? Сделать это мог только очень, очень сильный маг, сильнее всякого в королевстве — ведь Демьен и сам защищался от странных, мучающих его ночами видений.
Второе обстоятельство, которое его пугало — сны слались именно Королю; прицельно, настойчиво. Та, что призывала Демьена разделить с ним несколько магических минут, точно знала, кто является на ее зов. В каждом из этих снов Демьен неизменно видел себя с короной на голове, и в тусклом предрассветном свете камни на его тяжелом золотом венце вспыхивали кроваво-красными каплями.
— Она не видела меня случайно в толпе, не на празднике и не в академии, где я был просто одним из студентов, — горячо заверил Демьен. — Это не просто призыв понравившемуся мужчине. Не просто шалость — авось, повезет?! Она точно знает, кто я.
— А знала только Виолетта, — уточнил Аргент, постукивая пальцем по столешне. — Вы ей сказали, что вы — принц.
"— Произношу, — ответил Демьен твердо, глядя светлыми глазами прямо в лицо Аргента. — Каждый вечер я произношу Слово.
Аргент задумчиво потер виски, помолчал немного.
— Так-так, — протянул он. — И началось это ровно тогда, когда часы стали отставать на пять минут?
Демьен кивнул.
— Это не может быть совпадением, — заметил Аргент. — А вы уверены, что это Виолетта? Когда я видел ее, она не показалась мне опасной. Если честно, то я подумал, что она вовсе лишена магического дара.
— Так и есть, — ответил Демьен. — Так и есть.
