В зимнем королевстве, где смерть кажется неотступной тенью, поднялся смелый молодой кузнец. Он решает искать новый мир за пределами своих унылых стен, надеясь найти силы противостоять вечной тьме. В пути он откроет, что его драгоценный кузнецкий ремесленник — это ключ к борьбе с смертью и королевским злом....
Его звенящим, переливающимся песком она плеснула себе в лицо, горстью засыпала за пазуху, в прореху на ненастоящем, рассеченном теле.
Это придало ей сил, она уселась тверже, привалившись костлявой спиной к разобранной стене, и принялась наспех заштопывать рану на теле. Ее руки спешили, стежки ложились вкривь и вкось, но Пустота уже не морщилась и не бледнела болезненно.
С последним стежком дверь в ее домик открылась и зашел Аргент. Его длинный плащ звенел казался обжигающе-холодным. Презрительно окинув Пустоту взглядом, ни слова не говоря, Аргент шагнул к столу и небрежно выложил на него еще стопку масок — юных и красивых лиц.
— Снова никчемные девчонки, — рыкнула Пустота, нервно дергая нитку и пряча от взгляда Аргента хилую грудь.
— Я делаю хоть что-то полезное, — парировал Аргент. — А вы, кажется, знатно повоевали сегодня? И как успехи?
Его голос звучал вкрадчиво, в нем слышался смех, и Пустота густо покраснела, понимая, что Аргент прекрасно осведомлен о ее неудаче. Хотела показать ему свое всемогущество и в очередной раз села в лужу…
— Вам идет смущение, — меж тем произнес Аргент, небрежно опускаясь в кресло около столика и устраиваясь поудобнее.
— Вы могли бы предупредить меня! — вскричала гневно Пустота, подскакивая на ноги. — Вы могли предупредить меня, что моя задумка не сработает! Я же вам почти напрямую сказала, что задумала…
— Вы могли бы и без этих ваших загадок сказать, — парировал язвительный Аргент, — что собираетесь залить его временем.
— Потому что вы не слишком-то прилежны в службе мне! — выкрикнула зло Пустота.
— А вы мне не очень-то доверяете, и свои тайны предпочитаете не раскрывать, — парировал Аргент. — Я — прилежен. Знаете, не так-то просто творить зло без привычки. Я обещал вам маски — вот же они. Пять штук. Прикажете еще? Будут и еще.
