В зимнем королевстве, где смерть кажется неотступной тенью, поднялся смелый молодой кузнец. Он решает искать новый мир за пределами своих унылых стен, надеясь найти силы противостоять вечной тьме. В пути он откроет, что его драгоценный кузнецкий ремесленник — это ключ к борьбе с смертью и королевским злом....
Босыми ногами скакала она по зеленым, как вешняя трава, лепесткам пламени, но они упорно карабкались вверх, начисто вылизывая от осеннего тлена стены, потолок, рассыпая черными чешуйками нежного тонкого пепла все богатства безумной Осени. И скоро ничего не осталось; лишь часовой механизм, поблескивая медными колесам, работал четко и громко.
И в этой идеальной чистоте вдруг, откуда не возьмись, появилась темная тонкая фигурка, испуганно скрючившаяся у зубчатых шестеренок. Свет, падающий в панорамное круглое окно, осветил тонкие ножки, обутые в щеголеватые башмаки и обтянутые щеголеватыми чулками с разноцветными стрелками.
Зеленые лепестки пламени танцевали вокруг неизвестного, облизывая его щеголеватые башмаки, и тот запрыгал, топоча пятками, стараясь придавить магическое пламя.
— Ворует время прямо у нас из-под носа! — изумленный нахальством вора, произнес Демьен, разглядывая тощенького человечка, разодетого в пух и прах.
Дерек ничего не сказал: однако, в его руке блеснул меч с золотой рукоятью, и Осень прокричала тысячами птичьих тревожных голосов:
— Беги-и-и-и!
У Похитителя Времени была на удивление обычное, ничем не примечательное лицо. И это было странно."
"Одетый в королевский бархат, с кружевами, пышной пеной взбитыми на груди, на манжетах, вокруг тоненьких запястий, торчащих из рукавов щегольского камзола, с щегольской шляпкой на прилизанных волосенках, Похититель лицом был на удивление блеклым и бесцветным, словно застиранный лоскут ситцевого старого платья.
И тем более странно, что Осень говорила о Похитителе Времени как о женщине. «Она» — так говорила Осень, а опешивший от нахальства вора Демьен ясно видел перед собой испуганное неумытое мальчишеское лицо.
Тараща на Короля блеклые глаза, Похититель словно не слышал протяжного крика Осени, которую три круга танцующего магического зеленого пламени заперли, отрезали от всего мира.
