Автор
Он ненавидит меня. Яростно. Люто. Безумно. Каждой клеткой своей души. Но Артур единственный, кто может помочь мне спасти сына. Как достучаться до сердца, в котором не осталось ничего кроме презрения? На что придется пойти, чтобы Бессонов согласился взять нас под свою защиту? Сможет ли он когда-нибудь простить мне предательство? А может и не одно…...
Вроде и прочитал от нее сообщение, знал, что она не потерялась, не сбежала, а все равно хотел найти и убедиться, что ничего плохого не случилось. Особенно после того, как не смог до нее дозвониться. В таких ситуациях в голову хорошие мысли не лезут. Пока я не встречусь с Шалецким и не решу все вопросы, Милене лучше оставаться в моем доме.
До вчерашнего дня я был уверен, что за ней постоянно следят и Шалецкий осведомлен о каждом ее шаге, но после вчерашней ночи у меня появились сомнения. Все его действия это спланированное шоу.
Я успел не только объехать пол Москвы, но и созвониться с Соколом, попросил его найти мне толковых ребят, чтобы застеклили дом Милены. Если другу и не понравилось появление в моей жизни бывшей девушки, он промолчал. О том, что вчера в ее доме произошел взрыв, Сокол уже знал.
Еще я заехал на работу, оставил распоряжения своим замам и набрал продуктов.
Увидел Милену замерзшую у ворот, вроде злился, но почувствовал облегчение, что с ней все в порядке. Показывать свои чувства не собирался. Да и поддаваться им тоже. Она мне нужна только для одного — секс. Хочу испытать забытое чувство удовольствия. Может, так было потому, что я ее любил. А сейчас трахну, пойму, что она ничем не отличается от других и окончательно выкину из головы.
— Ты где была?! — я злился на нее, что заставила поволноваться, на себя, что она до сих пор поднимает во мне бурю чувств, это и вылилось в яростном тоне.
— Леву к маме отвезла. — смотрит на меня большими глазами, хлопает ресницами, а у самой слезы в глазах блестят.
— Нахрена? — почему нельзя было подождать и обсудить это со мной? Зачем из меня лепить монстра?
— Ты дал понять, что не хочешь его видеть. — Он маленький, не понимает, что происходит, но боится оставаться без меня.
— Тогда тем более не понимаю, зачем ты его отвезла! Завтра привезешь обратно! — наверное, пацан будет мешать, путаться под ногами, но если это поможет стереть с ее лица траурное выражение, пусть привезет.
"Я мог не уступать, но видел, что и ей тяжело без ребенка. Наблюдал вчера, с какой любовью и заботой она относится к сыну. Я до сих пор не испытываю радости по поводу его присутствия, но как только закрою вопрос с Шалецким, станет проще. Милена мне нужна только ночью, остальное время пусть проводит с сыном.
Заезжать во двор не стал.
