Автор
Я взяла ручку и бумагу, чтобы сделать этот нелегкий шаг. Четверть месяц прошло под гнетом моего решения. Теперь моя дорога лежит к человеку, которого я бессильно ненавижу, и где-то там — защиту и помощь отца Льва. У меня нет выбора: без нее мы все умрем.
Хотел сразу пойти в комнату Левы… моего сына, но сначала решил умыться. Вдруг проснется и испугается.
Я так часто получал травмы, что разбирался в них не хуже хирурга. Проверил колено, как только вернулся домой. Ушиб, вынес себе диагноз. На лице кровь уже запеклась, с головы еще капала. Смыв с себя грязь и кровь, я приложил влажное полотенце к ранам и направился в спальню, где спал мой сын. Я должен думать о сыне. Теперь мне есть ради кого жить и развиваться. Я не позволю себе стать таким папой, как мой родитель.
Сел у его кровати и сидел.
А ведь я думал, что сына Милены и Лещева буду ненавидеть. Еще удивлялся, почему мне этот пацан нравится. А он мой. Мой!
Я позвонил только Ромулу, чтобы он меня подлатал. Педиатру, часто приходилось нас штопать после ринга, он и себе швы накладывал. Забыл его предупредить, чтобы никого из друзей не тревожил, поэтому все «ходячие» с утра пораньше заявились ко мне.
Я не готов был говорить с ними о Милене. Пришлось. Она сама рассказала Шаху о том, как обокрала меня семь лет назад.
Мне сообщили, что она стоит у ворот и чего-то ждет! Я ненавидел ее так же сильно, как когда-то любил.
— Дядя Артур, а мама скоро приедет? — спрашивал Лева каждые десять минут. За этого «дядю» у меня возникло желание сжать свою руку на ее прекрасной шее и жать до тех пор, пока жизнь не уйдет из глаз! Сука! Но я смотрел в обеспокоенные глаза сына и понимал, что ничего ей не сделаю.
— Скоро. Она в аптеку за лекарствами поехала, — ответил мой друг и направился на выход. — Охрану предупреди, что запрет снимаешь, — кинул он мне у двери. Я проигнорировал его слова. А через десять минут он мне позвонил:
— Бес, дай трубку своему пацану, пусть с матерью поговорит.
— Она с тобой?
— Да, она у меня в машине.
— Отправь домой.
— Не заводись. Ваши разборки не должны травмировать психику ребенка. Не делай так, чтобы он тебя возненавидел.
— Милена сделала все, чтобы я ее возненавидел.
— Она хорошая мать? — одним своим вопросом он поставил меня в тупик. Как бы я не злился на нее, отрицать того, что она была хорошей матерью моему сыну, не мог. Лева без нее даже есть не садился. Ждал, выглядывал в окно.
