Автор
Я находилась в вагоне поезда, окруженная хлопотами соседки по купе — старушки с сумками и упаковками на всю ночь. Мой батяшка даже несмотрянил силиконовые шумоизолирующие слухи, но это было мало. Несмотря на все усилия, моя нервозность только росла. Так началась череда странностей: внезапные звонки в дверь ночью, непредсказуемые встречи с неизвестными и тайны, скрывающиеся за каждым углом......
Суханов, какие гости? Ты мне это брось. Я…
— Слушай, отлично даже, что сегодня не джинсы.
— Не вздумай ко мне приходить. Понял? — заканчиваю и останавливаюсь возле тачки. У меня шок. Назар мне дверь открыл и ждет, когда я сяду.
Оу.
Как сон богатырский людей менять может.
— Ты в универ, вообще, собираешься? — торопит он меня. — Если так стоять будешь, то точно опоздаешь. Мне-то ладно, не учусь сегодня, а тебе?
— Не надо? — Я зависла немного. — Тогда зачем ты здесь?
Меня взяли за руку и подвели поближе.
— Я ведь обещал отвозить тебя, — чуть ли не запихивает меня в машину и тут же сам разворачивается, чтобы занять свое место.
Хм, это что-то новенькое. Но приятное. Не скрывая, улыбнулась.
Когда мы уже отъехали от дома, я позвонила Алипатовой. С Анькой встречаемся всегда в одно время на одном месте, но сегодня я опоздала немного. Кто в этом виноват? Суханов, конечно же.
— Ань, ты уже ждешь? Пять минут, и я буду. — Рядом услышала смешок парня и сразу же посмотрела на дорогу. Что? Везение закончилось? Откуда пробка-то? — Ань, двадцать минут, и я на месте.
— Можешь не спешить. Во всем здании света нет и холодрыга жуткая. Нас домой отпустили.
Вот блин. Я даже улыбаться перестала. Что такое? Стоило единственный раз в жизни захотеть прийти на учебу в юбке, так сразу пары отменяют.
— Подождешь меня? Может, посидим где-нибудь? — спрашиваю у подруги, не желая домой возвращаться. Целый день одиночества? Как-то не особо хочется. Да и тем более мне было о чем ей рассказать.
— Полин, прости, не получится.
Наконец-то. Свершилось. Я сколько раз ночевала у Алипатовой и каждый раз мерзла, будто спать ложилась в морозильную камеру. Там даже обогреватель не спасал.
— Позвони, как освободишься.
— Конечно.
Прощаемся, и я телефон заталкиваю обратно в сумку, обращаясь к водителю.
— Разворачивай, шеф. Кина не будет, электричество кончилось.
— Я в курсе, — подает голос, пропуская поворот, который мог бы привести меня обратно к дому.
— Подслушивать нехорошо.
— Никто и не подслушивал. Мне теть Галя утром позвонила и сказала, — невозмутимо отвечает он. — А тебе не говорил, потому что знал, не поверишь, пока сама не убедишься. Да и планы на тебя имеются.
— В смысле? — Какие у него могут быть планы на меня в восемь-то утра?
— Грандиозные.
Я возмущена. Да-да. По-человечески спрашиваю, о чем он тут трезвонит, а тот и ухом не ведет.
