Автор
Глава 2 - Линда Мэй: В книге "Король Ярости", каждая глава открывает новый уровень ярости и загадок, где Эва вынуждена бороться со своими мыслями, заставляя их срываться в революционные решения. Страх и ужас окружают героиню во время каждого шага на своем нелегком пути к справедливости....
Старомодный душнила, блин. Этот дед реально возомнил себя Людовиком Четырнадцатым. А еще глава компании, типа занимающейся инновационными технологиями. Шарлатан ебучий.
Сижу в кресле, будто спизженном из Эрмитажа. Кауфман-старший наливает нам коньяк в хрустальные бокалы.
– То, что случилось сегодня – ошибка, – протягивает мне один. – Мой сын еще молод и вспыльчив.
Беру бокал, наблюдаю, как старик тяжело садится в кресло.
– Мозгов ему точно не достает. Ты ему компанию передать собрался? – решаю побесить его как следует.
Но тот добродушно ухмыляется:
– Знаешь, на какую мозоль надавить. Надеюсь, к моменту, как я отдам концы, он все-таки будет готов.
Но в глазах старика холод. Я знаю, что каким бы старым простаком он не прикидывался, Кауфман-старший опасный, жестокий и беспринципный человек.
– У дочки твоей побольше мозгов будет. Да и характер есть, – пробую коньяк. Приятный. Не удивлюсь, если и его пил Людовик Четырнадцатый. И стоит он миллион.
– Ева? – поднимает брови старик. – Мы мало общаемся.
– Но ее ж умерла? – уточняю я.
– Да, – кивает он. – Хорошая была женщина. Как коньяк?
Блять, как будто я и впрямь в гостях. Морщусь и кручу ладонью, типа “ну такое”. Специально, чтобы выбесить старикана. Ставлю бокал на журнальный столик, откидываюсь назад, собирая руки за головой:
– Ты достал меня, дед, – говорю, глядя ему в глаза. – Пристрелю тебя. А сын твой обосрется. Года не пройдет, как твою компанию раздербанят и продадут по частям.
Кауфман-старший не так прост, чтобы вывести его из себя болтовней. Он снова смеется:
– Знаю, ты зол на меня. Могу понять. Но давай смотреть на все случившееся, как на точку отсчета. Для новых, возможно, более тесных и продуктивных отношений. О которых мы с тобой прямо сейчас договоримся.
– Меня и старые устраивают, – отвечаю с наглой ухмылкой. – Кроме тех периодов, когда ты или твой сынок зарываетесь и начинаете творить всякую дичь.
Старик кивает, прихлебывает коньяк. Продолжает, причмокивая:
– Чтобы оставаться на вершине, нужно защищать свои интересы. И ты очень, ОЧЕНЬ ценный для меня человек. И я бы очень хотел, чтобы мы с тобой работали в команде.
Чтобы я работал на него, имеет в виду. Старый охуевший хрен.
Это предсказуемо. Знаю, зачем я здесь. Более того, все это – результат давно продуманного и просчитанного плана.
– Леон, – глядит на меня старик с хитрецой.
