Такое впечатление, что просто присел отдохнуть. Вот сейчас сбросит с себя дрему и потревожит застоявшуюся тишь залихватским окриком.
Аристов осмотрел карманы убитого, вытащил ключи.
— Теперь они ему не нужны. А полиции ни к чему лишние улики. — Нагнувшись, глянул под сиденье, пошарил под ним руками. И, видно, не отыскав того, что искал, зло выругался: — Черт возьми!
— Что-нибудь не так?
— Здесь я оставил небольшой сундучок… В нем были кое-какие серьезные документы, — генерал был явно встревожен и расстроен. — Некоторые мои наблюдения о деятельности масонов во Франции. Я хотел переправить их в Россию.
Порыв ветра колыхнул фонарь. Свет упал на застывшее лицо Митяя. На слугу он не походил. Да и пролетка у него была не из тех, на которых возят пассажиров, а нарядная, в которой не стыдно проехаться даже щеголю с понравившейся красоткой.
Если так у Григория Васильевича одеваются и выглядят кучеры, то что тогда следует сказать о его достатке. Будто бы угадав мысли Родионова, Аристов кашлянул в кулак:
— Пойдемте отсюда, мне вам нужно многое рассказать. Слава богу, отсюда недалеко до моих апартаментов.
Григорий Васильевич не слукавил, до его квартиры идти было не более получаса. У подъезда их встретила суровая консьержка, но, разглядев в полутьме статную фигуру генерала, доброжелательно улыбнулась. Савелий подумал, сколько же нужно было скормить франков ей на чай, чтобы добиться от женщины такого типа столь располагающей улыбки.
Впрочем, Аристов всегда отличался широтой натуры. Сквозь аристократическую стать просматривался настоящий мужчина, способный покуражиться во хмелю, засучив рукава, поработать кулаками, а в прощеное воскресенье покаяться во всех грехах перед каждым встречным и поперечным.
— Это еще одна ваша квартира? — спросил Савелий, шагнув в просторный холл.
— Пустяки! Не удивляйтесь.
— Это, так сказать, производственная необходимость. Дела заставили. А потом, если говорить откровенно, я ведь трачу не свои средства. Я работаю по заказу. А это подразумевает некоторые траты. Иначе ничего не добьешься.
— И какой же у вас сейчас заказ? Мне кажется, что вы мне многого не говорите.
— Как вам сказать, — неопределенно протянул Аристов.
— Как есть! Сами же мне напоминали, что мы некоторое время приятельствовали.
— А вы, я вижу, ничего не забываете. Может, сначала выпьем? Вы что предпочитаете? Вино? Коньяк? Может быть, мартини?
— Вино… На ваш выбор.
Савелий и раньше подозревал, что Аристов гурман, но никак не думал, что до такой степени.
