Испания, Колумбия, встреча с Пен, получение письма от отца и известие о беременности сестры, поцелуй с Ксавьером… События последнего месяца оставляли в моих защитных стенах вмятину за вмятиной, и я так устала их сдерживать."
"— Если ты действительно ничего не почувствовала во время нашего поцелуя, я остановлю машину прямо сейчас, и мы больше никогда не будем это обсуждать, — тихо сказал Ксавьер. — Это не повлияет на нашу совместную работу, и мы сделаем вид, что этого никогда не было. Но если хоть крошечная часть тебя думает, что это может сработать… — Он сглотнул.
— Я не говорю, что мы должны пожениться или вступить в долгосрочные отношения, но я хочу, чтобы мы впустили друг друга. Не обязательно заходить в комнаты, где мы храним свои секреты. Даже прихожей пока хватит.
Мой смех вырвался сам собой.
— Боже мой. Это худшая метафора, которую я когда-либо слышала.
— Эй, я никогда не говорил, что я поэт. — Он криво усмехнулся. — Так что ты скажешь? Просто свидания, Луна. Мы будем вести себя осторожно, и если это сработает, то сработает.
Если нет, то нет. Никто не пострадает.
Ответственное решение — прекратить все это раз и навсегда. Ничего хорошего не выйдет, если я впущу в дом любого мужчину, тем более такого умного и обаятельного, как Ксавьер, а согласие противоречило моей клятве не связываться с клиентами.
Но я бы солгала, если бы сказала, что ничего к нему не чувствую. Наш поцелуй заставил меня почувствовать больше, чем что-либо другое за последнее время, и у меня было тревожное ощущение, что если я уйду, то мысли о том, что было бы, будут преследовать меня всю оставшуюся жизнь.
Надеюсь, я не пожалею об этом.
— Два месяца, с этого момента. — От одних этих слов у меня сжалось в груди, но я отогнала худшие сценарии, грозящие всплыть на поверхность. — У нас есть время до конца декабря, чтобы определить, приведет ли это куда-либо.
— Как испытательный срок.
— Да, — я подняла подбородок. — Проблемы?
— Никаких, — ухмылка Ксавьера стала еще шире, когда он протянул руку.
— По рукам.
Это был мой последний шанс отступить, но к черту, я не для того зашла так далеко, чтобы теперь трусить.
Я вложила свою руку в его и постаралась не обращать внимания на порхание бабочек в животе.
— По рукам.
ГЛАВА 21
— Не скажу, что я тебе говорила, но я же говорила, — сказала Изабелла. — Я знала, что вы с Ксавьером в конце концов уступите своему обжигающему, восхитительному…
— Пожалуйста, прекрати. Я в такси, и меня сейчас стошнит.
