— Кай и Изабелла технически еще не были женаты, но вполне могли бы ими стать.
Я была не такой как все. Меня это не смущало: лучше наслаждаться одиночеством, чем быть несчастной в отношениях. Но бывали моменты, когда я задумывалась о том, каково это — жить, зная, что есть кто-то, кто любит меня полностью, безоговорочно и всем сердцем за то, какая я есть, а не за то, какой меня хотят видеть.
— Кстати, о Данте, ты выяснил, почему он входит в комитет по наследству? — спросила я, желая думать о чем-нибудь другом.
— Нет, я с ним еще не разговаривал. Я сосредоточен на встречах следующей недели. — Нога Ксавьер снова коснулась моей, и снова раздался этот дурацкий «дзинь». Он взглянул на меня, и движущиеся изображения на экране осветили его черты, погрузили во тьму и вновь осветили. — Он вел дела с моим отцом, так что предполагаю, что отчасти поэтому.
— Возможно. Я могу спросить Вивиан…
— Луна, — он осторожно перехватил мой мизинец под одеялом, и я забыла как дышать. — Это свидание. Больше никаких разговоров о работе.
— Хорошо. — Вдох и выдох. Ты знаешь, как это делается. — Ты когда-нибудь скажешь мне, почему ты называешь меня Луной?
— Когда-нибудь, — вновь появились его ямочки. — Если ты будешь очень добра ко мне.
Я подавила улыбку.
— Я мила с тобой прямо сейчас.
— Ты забыла одно слово.
— Очень мила. Что это значит, минет?
Я прервала себя, когда осознала ошибку. Обсуждать минет с Ксавьером? Плохая идея.
Отбой, отбой! В моей голове зазвенели тревожные колокольчики, но было уже слишком поздно.
Что-то напряженное поглотило юмор в его глазах, и мой и без того скудный запас кислорода снизился до минимума.
В этот момент никто из нас не обращал внимания на фильм. К сожалению, это означало, что все мое внимание переключилось на 1) восхитительное тепло тела Ксавьера, которое приблизилось достаточно близко, чтобы отключить мой мозг, и 2) на образы в моей голове, связанные со мной, Ксавьером и занятием, начинающегося на букву «М».
Мне вдруг стало жарко.
— Возможно, но не сегодня, — его шелковистый шепот прошелся по моему позвоночнику. — Я не прохожу первую базу на первом свидании. За кого ты меня принимаешь?
— Ты хочешь сказать, что на первом свидании никогда не делал ничего большего, чем просто поцелуй. — Это был не вопрос, но голос, который его произнес, был настолько запыхавшимся, что я не узнала в нем свой.
— Бывало, но это было много лет назад, мы не встречались, и я не пытался ее завоевать.
