Я застыл на месте, не сводя взгляда с новенькой, которая крутила головой. Платиновые волосы. Ледяные голубые глаза. Длинные ноги.
Она была очень похожа на Слоан, но это не могла быть она, потому что… святые угодники.
По моей коже поползли мурашки, пока она шла по залу, то ли не замечая, то ли не обращая внимания на преследующие ее взгляды.
На ее теле переливалось темно-синее шелковое платье, оно обнажало плечи и заканчивалось достаточно высоко на бедрах, чтобы дразнить воображение, не открывая при этом слишком много.
Серебряные каблуки добавляли ей четыре дюйма роста, а ее кожа сияла, как жемчуг, поцелованный лунным светом.
Я поморщился. Жемчуг, поцелованный лунным светом? Откуда, черт возьми, это взялось? Я не был поэтом, но она выглядела так хорошо, что вдохновила бы самого Шекспира.
Дело было не в ее одежде или теле.
Дело было в том, как она двигалась, более свободно и плавнее обычного.
В том, как она держалась, — уверенно, с нотками уязвимости.
И то, как она привлекала к себе внимание, даже не пытаясь это сделать, словно она была гребаной богиней среди смертных.
Я никогда не видел ничего подобного.
Она остановилась перед нами с Лукой, и в ее присутствии моя кровь закипела еще сильнее.
— Слоан Кенсингтон заходит в ночной клуб, чтобы развлечься, — я спрятал свою внутреннюю реакцию за ленивой улыбкой. — Кто-нибудь, проверьте температуру в аду. Там, должно быть, холодно.
— Очень оригинально. — Теперь, когда она была ближе, я заметил заметный румянец на ее щеках. Она уже была пьяна?
Это было настолько не в ее духе, что я мог только изумленно смотреть, как она берет из рук Луки свежий коктейль и выпивает его одним глотком.
Я бросил предупреждающий взгляд на своего друга. Теперь, когда Эвелин снова не было в поле зрения, я не хотел, чтобы у него возникли идеи как использовать Слоан в качестве запасного варианта. Она была нашей общей знакомой. Любые отношения между ними были бы слишком сложными, очевидно.
Как и отношения между нами, поэтому я перешел на воду и постарался держаться подальше от Слоан в течение следующего часа, пока она перемещалась по залу.
К сожалению, VIP-зал представлял собой замкнутое пространство. Что бы я ни делал и с кем бы ни разговаривал, она всегда оказывалась рядом, занимая мои мысли и привлекая мое внимание, пока любой разговор, который я вел, не переходил в молчание.
— Чувак, просто пригласи ее на танец. — Лука не отходил от меня, сидя на банкетке, хотя за последние двадцать минут он вдруг увлекся своим телефоном.
