Автор
Королева Воронов превратила университет в атмосферный паломник, где каждый уголок выглядит как картина ужасов. Оранжевые и белые ленты танцуют под темные звезды, придавая всему необычайно мрачную настроение. Такое странный год открылся с черными флажками - казалось, как будто умер некий король Воронов....
Не обращая на нее внимания, он повторил:
– Куда вы его увозите?
– В больницу Истхейвен, – сообщила Бетси. – Я хочу снять Эндрю с таблеток.
Пол под ногами Нила качнулся.
– Что?
– Это пока неофициально, – продолжала Бетси. – Нужно одобрение мистера Блэквелла, прокурора по делу Эндрю. Он приехал вместе с мистером Уотерхаусом, чтобы оценить ситуацию. Вряд ли он будет возражать, так что уже к вечеру мы можем поместить Эндрю в Истхейвен.
– Поместить – в смысле «запереть», – сказал Нил.
– Доктор Эллерби и мистер Уотерхаус составили соглашение таким образом, чтобы у стороны обвинения возникло как можно меньше придирок.
– Но как долго?
– Пока неизвестно, – ответил Ваймак. – Планировалось, что Эндрю пройдет реабилитацию в мае, по окончании учебного года. Чтобы вывести лекарства из организма, нужно время. Когда голова у него прояснится, медики определят следующий шаг – то ли будет достаточно регулярных посещений психолога, то ли потребуются новые транквилизаторы.
– Если мы приведем его в порядок к Новому году, это будет чудо, – добавила Эбби с нотками прежнего отчаяния. – Вы заставляете Эндрю пройти через синдром отмены и реабилитацию одновременно.
– Либо все, либо ничего, – сказала Бетси. – Сама знаешь.
Когда Эбби открыла рот, снова собираясь возразить, Нил вдруг произнес:
– Сделайте это.
Его негромкий возглас привлек взгляды всех троих, но сам он смотрел только на Бетси. В машине ему хотелось нагрубить ей за то, что она поддерживает чудовищный метод лечения Эндрю. Она не оправдывалась – знала, что в этом нет нужды. Как и он, Бетси сознавала, насколько жестоко продолжать эту терапию, и уже связалась с людьми, которые могли помочь Эндрю.
Бетси улыбнулась – сдержанно, но одобрительно.
– Обещаю сделать все возможное.
В удачу Нил не верил, но, глядя им вслед, на нее надеялся.
Глава тринадцатая"
"Дверь в комнату Ники была не заперта, и Нил вошел без стука. Ники и Кевин молча сидели на кровати: Кевин, прямой как струна, – в изножье, Ники – развалившись поперек матраса. Нил перевел глаза с одного измученного лица на другое, прислонил клюшку к стене и закрыл дверь.
