Он вдруг почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд, поднял голову и увидел негра. Тот стоял у люка и смотрел на него так, будто заметил у себя в чае головастика.
Мэтью еще раз перебрал предметы из ящика, но как-то рассеянно. Взор его был затуманен.
— Блокнота нет, — тихо произнес он практически себе под нос.
— Если его нет здесь, — предположил Маккаггерс, — значит не было и на трупе.
Вновь закрыв ящик комода, он подошел к стойке с оружием, выбрал два пистолета и отнес их к небольшому круглому столику, где Мэтью увидел коробку с круглыми свинцовыми пулями, рог с порохом и несколько заточенных кусочков кремня — словом, все необходимое для очередной атаки на Элси.
— Хотите пальнуть? — предложил судебный медик.
— Нет, спасибо. Очень признателен вам за уделенное время. — Мэтью двинулся к двери и заметил на стене за спиной Элси несколько дыр и две разбитые секции оконного переплета. Даже удивительно, что осколки не угодили в парик какому-нибудь джентльмену или леди…
— Хорошего дня. Прошу, заглядывайте иногда, ваше общество мне приятно.
Из уст чудаковатого — или полусумасшедшего, как сказали бы некоторые, — судебного медика это прозвучало как наивысшая похвала. Однако Мэтью пора было стиснуть зубы и попытаться покинуть здание ратуши, не нарвавшись на неприятности — то есть на коротышку-констебля или брюзгливого главного прокурора. Он вышел с чердака, закрыл за собой дверь и начал спускаться на постылую жестокую землю.
Прежде чем Мэтью мог претворить в жизнь свои планы — пообедать в «Галопе» и устроить себе, невзирая на намечающиеся протесты по случаю Указа о чистых улицах, спокойный выходной, — ему предстояло еще одно важное дело.
Он много думал, как рассказать Джону Файву о ночной вылазке преподобного Уэйда, но по-прежнему ничего не придумал. Каждый шаг приближал его к кузнице мастера Росса, а решение все не находилось. Конечно, нельзя ждать, пока Джон Файв сам к нему придет — тот доверился ему, попросил о помощи, и Мэтью согласился эту помощь оказать. Это обязывает его вовремя сообщить Файву о своих открытиях, но… разве это открытия? Да, он видел, как священник рыдает под окнами заведения мадам Блоссом, — и о чем же это говорит? Мэтью понимал: порой между тем, что видно глазу, и тем, что за этим кроется, лежит огромная пропасть.
Он ступил в гнетущий зной кузницы, обнаружил Джона Файва за привычным делом и позвал его на улицу. Тот вновь повторил обряд с выпрашиванием нескольких минут у мастера Росса, после чего Мэтью и Джон вышли на то же место, где стояли во вторник утром.
— Итак, — начал Джон Файв, увидев, что его приятель медлит. — Ты за ним проследил?
— Ночка, конечно, выдалась ужасная. Особенно для Осли.
— Согласен, — кивнул Мэтью.
Они немного помолчали.