Автор
В колониальном Нью-Йорке 1702 года Мэтью Корбетту расследует загадку серийного убийцы по прозвищу Масочник. Ключ к его личности может скрываться в пожилой леди, известной как Королева Бедлама. Между детективными расследованиями и мрачными тайнами города разворачивается напряженная интрига.
Раздел Chitat.online для книги «Королева Бедлама» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В колониальном Нью-Йорке 1702 года Мэтью Корбетту расследует загадку серийного убийцы по прозвищу Масочник. Ключ к его личности может скрываться в пожилой леди, известной как Королева Бедлама. Между детективными расследованиями и мрачными тайнами города разворачивается напряженная интрига.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В колониальном Нью-Йорке 1702 года Мэтью Корбетту расследует загадку серийного убийцы по прозвищу Масочник. Ключ к его личности может скрываться в пожилой леди, известной как Королева Бедлама. Между детективными расследованиями и мрачными тайнами города разворачивается напряженная интрига.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Послушайте, Марми, это не для печати. Я серьезно. — (Если номер «Уховертки» попал в Уэстервикский сумасшедший дом, то и в руки профессора Фелла может попасть.) — Вы должны твердо себе уяснить: эта информация строго конфиденциальна.
— Почему же? — Григсби сверлил Мэтью внимательным взглядом. При этом он потянулся к миске с нечищенными лесными орехами и взял оттуда один.
— Просто конфиденциальна — и все. Прошу вас воздержаться от публикаций на эту тему.
— Воздержаться, хм. — Григсби поморщился. — Сильное словцо — особенно для человека моей профессии, не находите? — Рука с орехом взлетела вверх, ко лбу, и тут же грянул пистолетный выстрел: скорлупа разлетелась на куски, при этом лоб Григсби совершенно не пострадал. — Войди в мое положение: Масочник притих и никого не убивает, а мне где-то нужно брать новости. — Он перестал жевать орех, громко хлебнул чаю и бросил на Мэтью многозначительный взгляд поверх чашки. — Что ты думаешь о Берри? Только честно.
— Не верю. — Григсби достал из миски второй орех. — Она тебя вчера против шерсти погладила, а?
Мэтью пожал плечами.
— Да-да, и не отрицай. Она это умеет. Говорит все, что в голову взбредет. И этот вздор про злой рок… Уж не знаю, верит она в это или нет, но, сдается мне, ты прав.
Хрусть! — и орех раскололся.
Мэтью принялся сосредоточенно доедать яйца. Господи, как Григсби это делает? И ведь ни единой отметины на лбу не остается! Череп у него не иначе как из чугуна сделан, а покрыт, видимо, дубленой кожей.
— Насчет того, что она нарочно создает у себя над головой эту черную тучу, чтобы под ней прятаться. Видишь ли, Берри весьма своевольна и ни с кем не хочет делить свою свободу. Тем более — с мужем. Она ведь собиралась замуж за того несчастного, который пошел красными пятнами. Кроме того, она боится душевных страданий. По-моему, это вполне веская причина, чтобы прятаться от мира, не находишь?
— Пожалуй, — кивнул Мэтью.
— А у тебя, — жуя орех, сказал Григсби, — есть одна пренеприятнейшая особенность. Ты делаешь вид, будто ничего вокруг себя не замечаешь, — а в действительности ничто от тебя не укроется. Знал бы ты, как это раздражает!
— Правда? Что ж, прошу прощения.
— В общем, я тоже не хочу Берри зла, — продолжал Григсби. — Ты меня понимаешь. Берри близко не кокетка, и плевать она хотела на моду, французские прически, новые танцы — словом, на все, что нынче занимает умы ее сверстниц.
— Незамужних, по крайней мере, — заметил Мэтью.
— Да, кстати, это меня тоже беспокоит. — Третий орех постигла участь предыдущих: его достали из миски, разбили об лоб и съели. — Молодым людям Нью-Йорка доверять нельзя.
