Автор
В заброшенном особняке полыхает пожар. Лучи пламени бьются о зеркала и зеркальные стенды, создавая искаженные отражения. Молодежь в безвкусице ночного клуба налетела на королеву дискотеки, заставив ее укрыться под лестницей — единственное убежище в этом мрачном твороге зловещего ночной жизни....
Ван Ли выпрямился и ткнул пальцем в Васю:
– Иес! Намбер уан!
Затем он указал на Данди и Мартина.
– Намбер ту энд фри! Сорри!"
"Последнее слово относилось к Гале. Кирка завизжала от восторга, я посмотрела на Васю и не поверила своим глазам. Макушка спаниеля была абсолютно гладкой.
– Ну ты сильна! – засмеялась Галина, уводя Чарли с ринга – Харкнула на судью! Кому сказать, не поверят!
– Ты сама посоветовала! – возмутилась я. – Кто сказал: «Плюнь ему на лысину»? Хотя, как ни странно, твой странный совет изумительно подействовал! Васины кудряшки прилипли к черепу.
Галя начала хохотать, в промежутке между приступами истерического смеха она говорила:
– Я велела тебе послюнить голову спаниеля! Думала, его хохол пригладится. Когда Ван Ли решил, что начался дождь, я нагнулась и пришлепнула вихор твоей собаки. У меня ладошка липкая, я в ней мармелад для Чарлика держала. Слава богу, это сработало! Ой, не могу!
Я почувствовала себя дурой и пролепетала:
– У Ван Ли совсем нет волос, а ты говорила про лысину!
Галя промокнула рукавом выступившие на глазах слезы.
– Ну это же просто так! Неужели ты не поняла, что под лысиной имелась в виду башка твоего Василия?
– Нет, – честно призналась я.
Галина схватилась за живот, согнулась пополам и утянула Чарлика в толпу. Откуда ни возьмись, материализовался мастифф и кинулся к Василию. Огромный язык Фила начал быстро облизывать новоявленного чемпиона, от которого теперь зазывно пахло липким мармеладом, но мне уже было все равно. Сейчас Вася может напоминать кочан декоративной курчавой капусты.
Когда я подъехала к дому Груздевых, мое сердце затряслось, словно заячий хвост. Во дворе толпилось много машин: «Скорая помощь», «седан» Макса, легковушка нашего приятеля, следователя Леонида, малолитражка Герасима, темно-синий минивэн и старенькая «девятка»! Ноги задрожали. Я бросилась в дом и налетела на Тамару, которая стояла в холле, обхватив себя руками за плечи.
– Что случилось? – спросила я.
– Жуть, – пролепетала Тома, – она… его… Хрясь! Хрясь! Потом… её! Крови море! Фонтан! Она с ума сошла! О!
– Лампа, – сказал Макс, выходя в прихожую, – что у тебя с телефоном? Я не смог дозвониться.
Тут только я вспомнила, что отключила перед выходом на ринг сотовый, а уехав с выставки, забыла его оживить.
– Прости, – залепетала я, – отлучилась ненадолго.
