Автор
В заброшенном особняке полыхает пожар. Лучи пламени бьются о зеркала и зеркальные стенды, создавая искаженные отражения. Молодежь в безвкусице ночного клуба налетела на королеву дискотеки, заставив ее укрыться под лестницей — единственное убежище в этом мрачном твороге зловещего ночной жизни....
Ведь знала, что мотор «покойника» работает исключительно тогда, когда на переднем пассажирском сиденье находится человек. Мне не следовало сползать с кресла!
* * *– Такая сделка сорвалась, – грустно повторял Антон, пока мы с ним шли домой, – почти договорились, и нате! Мимо! Но я не сдамся! Буду подавать объявления до тех пор, пока не избавлюсь от машины.
– Ты обещал провести меня по дому, – напомнила я, входя в холл, – можем начать прямо сейчас. Уже поздно, народ спит.
– Ну и как ты тогда собралась по спальням ходить? – справедливо спросил Анатолий.
– А мне там делать нечего, – парировала я, – покажи нежилые помещения! Подвал, например!
– Его нет, – пожал плечами Антон, – Михаил сам дом строил, не готовый покупал. Тесть умный человек, он знает, что в Подмосковье сыро, намучаешься воду из подпола откачивать. Под особняком бетонная подушка. Зато есть чердак.
– Уже видела, – протянула я.
– А старую прачечную? – спросил Антон. – Она возле кладовки, ну, той, что на первом этаже.
– Показывай, – приказала я.
Муж Наташи пошел вперед по коридору до крошечной дверки, толкнул ее и сказал:
– Тут кладовка! Во! Много хорошего лежит.
– Заглядывала сюда, – подтвердила я, – и удивилась, похоже, Михаил Матвеевич ничего не выбрасывает. И он невероятно аккуратен!
– Положительный во всех смыслах человек, – согласился Антон, – правильный. С него пример нужно брать. Полки сделал и сохранил свое добро. Никогда не знаешь, что в нашей стране случится. Вот, к примеру, мыло.
Я прищурилась. Антон перешел со мной на «ты», несколько попыток сбагрить «покойника» сделали нас почти друзьями.
– Не замечаешь? – удивился спутник. – Вот же!
Он сделал пару шагов и открыл картонный короб. Из него повеяло знакомым ароматом.
– Земляничное? – неуверенно спросила я. – Моя мама его любила.
Антон вытащил серо-розовый брусок.
– Советское качество. Лежит почти тридцать лет, и ничего!
– Почему вы им не пользуетесь? – удивилась я.
Зять скряги засопел.
– Это же стратегический запас! На черный день! Вдруг голод настанет."
"Я хихикнула. Здорово поможет в этом случае мыло! Из него отличный суп получится! Хотя его можно поменять на крупу. Но не стоит думать о глупостях. Надо задать Антону вопрос:
– Кладовку я уже видела, а где старая прачечная?
Глава 17
– Тут, – ответил Анатон и дернул за круглую ручку, торчавшую из стены.
В нос пахнуло сыростью, я втиснулась в узкое пространство.
