Натка преобразилась после перехода на работу блогера Нияза Байрутдинова. Теперь она не только пишет для своих подписчиков о личной жизни и моде, но и строит собственный бизнес, который успешно развивается благодаря советам известного блоггера.
Принципиальная судья Кузнецова никогда не использовала свою должность и звание федерального судьи для решения личных дел. И в налоговой она ничего узнавать не будет, это к бабке не ходи. Значит, придется действовать самой. Но завтра.
Спрятав привет из налоговой в выдвижной ящик небольшого комода под зеркалом, Сашка возблагодарила Вселенную за то, что приехала по старому адресу именно сегодня, а потому лично достала письмо из ящика. Если бы его доставили вчера, оно попало бы в мамины руки. Страшно представить, что бы тогда началось.
Решительно выбросив страхи и черные мысли из головы, как учили на форуме Киры Плиновской, Сашка принялась готовить ужин и ждать маму.
* * *Вот уже месяц мне удавалось скрывать от окружающих свою беременность. Лето в этом году выдалось прохладным, так что несколько слоев легкой одежды вполне маскировали уже обозначившийся, но все еще небольшой живот. На работе помогала судейская мантия, словно специально предназначенная для сокрытия подобной тайны уже немолодой судьи Кузнецовой.
Никто ни о чем не догадывался: ни коллеги, ни Машка, ни Натка с Сашкой. Я и сама не знала, что именно с таким упорством скрываю. Решение рожать было принято уже давно. Точнее, я не принимала его осознанно, а просто плыла по течению, ничего не делая, словно в ожидании, пока делать что-либо уже станет поздно.
Сейчас уже было не просто поздно, а очень поздно. Врач в женской консультации, в которую мне все же пришлось сходить, поставила мне срок шестнадцать недель и упрекнула с тревогой в голосе:
– Что же вы, мамочка, так поздно на учет встаете? В вашем возрасте всякие осложнения бывают.
"В своем странном состоянии полуанабиоза, в котором я находилась, у меня никак не получалось жалеть ни ребеночка, ни себя. Я описывала это странное для себя состояние словами героини из сказки «Марья-искусница», которая под влиянием наложенного на нее колдовского заклинания только и могла, что повторять: «Что воля, что неволя – все равно».
Хорошо еще, что токсикоз, мучивший меня больше месяца, бесследно прошел. Чувствовала я себя вполне хорошо, и аппетит вернулся, так что теперь по утрам я могла спокойно пить кофе с пирожными, поставляемыми Машкой. Мой помощник Дима, обычно отвечающий за пирожные, сыграл свадьбу и отбыл в медовый месяц на Мальдивы.
Его отсутствие создавало мне рабочие проблемы, но позволяло сохранять свой секрет.
