Я нашел во мне часть его, словно драгоценный камень, который неизбежно меняет мою душу. Казалось, мир вот-вот рухнет, но я чувствую, что вскоре все изменится - и это приносило мне нетерпеливое ожидание. В тот день повседневность казалась подозрительной, отец был странно мрачен, в то время как мать сохраняла свой обычный холодный негодование....
– Сомневаюсь, что она еще там, – Герберт отлип от стены и торопливо зашагал в сторону моей комнаты.
Как брат и сказал – комната была совершенно пуста. Всё выглядело так, словно я только что ее покинула. Разворошенная постель, откинутое едва ли не на пол одеяло, раскрытое окно и натекшая под ним лужа из-за дождя. И ни следа ворона.
– Да, здесь похожее ощущение, только сильнее, – хмуро сказал Герберт, прикасаясь к одеялу и постели. – И оно быстро исчезает. Задержись мы минут на десять – и здесь не осталось бы ни следа.
– Объясни подробнее, – буквально потребовал отец, выглядывая из окна на улицу. Там все еще шел дождь.
Брат немного помолчал, явно собираясь с мыслями, а потом всё-таки заговорил:
– Каждый человек оставляет на предметах и даже просто в воздухе свой след, или это еще можно назвать отпечатком. Чем чаще человек прикасается или каким-либо образом взаимодействует с предметом, тем сильнее этот отпечаток. Например, в этой комнате все буквально искрит от жизненной и магической силы Амелии. И это нормально.
– Герберт, можно более коротко? – попросил отец, явно теряя терпение. У брата была такая привычка. Если он начинал что-то рассказывать, то как бы слегка увлекался. – Мы теряем время.
Брат бросил на отца хмурый взгляд, вздохнул и качнул осуждающе головой.
– И что? Спешить больше некуда. В этой комнате и коридоре был кто-то, но по следу я могу сказать, что это была магическая сила.
– То есть колдун? – уточнил отец, весь как-то странно подбираясь. Удивительно, но он мгновенно преобразился, став похожим на хмурого хищника, семью которого кто-то посмел тронуть."
"– То есть сила, – педантично поправил Герберт. – Человека в этой комнате не было, была лишь его сила.
Брат сказал это и как-то растерянно осмотрелся, будто и сам не верил в сказанное.
– Вот только подобное невозможно, – тихо добавил он, садясь на мою кровать, предварительно накинув на нее покрывало.
Тут же вспомнилось, как при прикосновении к ворону мои пальцы на мгновение окутал черный туман.
Брат сказал «сила»? Но даже я знаю, что сила сама по себе, отдельно от человека, передвигаться не может.
Отец прошелся по комнате, а потом резко задернул шторы, словно его раздражало открытое окно.
– Амелия, возьми всё, что тебе нужно. Сегодня будешь спать у меня, – сказал он, подходя к двери.
