Я нашел во мне часть его, словно драгоценный камень, который неизбежно меняет мою душу. Казалось, мир вот-вот рухнет, но я чувствую, что вскоре все изменится - и это приносило мне нетерпеливое ожидание. В тот день повседневность казалась подозрительной, отец был странно мрачен, в то время как мать сохраняла свой обычный холодный негодование....
– Ты понимаешь меня, Амелия?
Честно говоря, не сказать, что я полностью поняла все сказанное, но общее представление у меня теперь было.
– Кажется, да, – кивнула я. – И ты, когда понял, поместил в камень... Что ты в него поместил? Это ведь не ритуал разрыва, правильно?
Берхарт рухнул в кресло и схватил меня за руки.
– Нет, не его, – он явно очень гордился тем, что сделал. – Я просто заключил в камень заклинание, которое способно передавать энергию от матери отцу.
– А оно не повредит маме? – спросила тревожно.
– Нет-нет, что ты! – Берхарт рассмеялся. – Мама даже не заметит. Все будет выглядеть так, словно они по-прежнему раз в месяц вместе проводят ночь для поддержания его жизни. Для этого мне и потребовалась ее кровь.
– Но где ты нашел такое заклинание?
– Сам создал, – сказал Берхарт и отчего-то смутился.
– Правда? – я восхищенно посмотрела на него. – Я даже не представляла, насколько ты умен, брат.
От избытка чувств я полезла обниматься к Берхарту. Он сначала шутливо отпихивал меня, а потом рассмеялся и обнял так крепко, что у меня затрещали ребра.
– Отпусти, сумасшедший, – захрипела я, смеясь и похлопывая его по плечам. – Ты мне ребра сломаешь.
– Прости, прости, – повинился брат, ослабляя объятия."
"Вот именно поэтому я и пошла к Берхарту. Правда, мне пришлось долго уговаривать мужа, чтобы он разрешил мне все рассказать брату без утайки. Эскалион долго сопротивлялся, и тогда я поняла, что в нем говорит опасение. Он просто остерегался того, что, не найдя выхода, его снова запрут в темноте на долгие столетия.
Когда брат узнал правду, то замер на минут десять, явно обдумывая услышанное.
– Получается, – начал он, а я напряглась. Мне не хотелось, чтобы Берхарт обвинял в чем-то моего мужа. Я хотела, чтобы брат все понял правильно, – что мне надо придумать способ избежать обязательной потери магии при колдовстве?
Берхарт отмер и повернулся ко мне.
– Что? – я растерялась после его вопроса.
– А что же еще? – брат тихо хмыкнул. – Это единственный выход, Амелия. Эскалион – могущественный колдун. Он не сможет контролировать такой объем магии с филигранной точностью. При каждом его колдовстве, так или иначе, часть не ушедшей в заклинание магии будет на некоторое время высвобождаться. Полностью подавить в нем магию – нереально. Она будет стремиться найти выход и просто разорвет его.
