Автор
Темнокумulus небо над Лондоном скользит мимо двух молодых людей в черных костюмах и шляпах, наблюдавших за странными домами на противоположной стороне улицы. 31 марта 1819 года. Англия ждет, когда эта ночная прогулка изменит судьбы трех человек — мистера Арчера, двух джентльменов и неведомой Лили, чей мир вот-вот перевернется навсегда....
Просто шлюха. И она ненавидела его за то, что он заставил ее испытывать это чувство.
Как он посмел показать ей свою доброту, а потом все перечеркнуть?
И почему он вернулся сегодня, а не вчера? Сжавшись в комочек на этой самой постели, она пролила столько слез из-за этого мужчины. Ее сердце разрывалось, рыдания не могли заглушить боль. Как он смеет вести себя так, будто не сделал ничего плохого? Джеймс дал ей слово и не сдержал его, а теперь даже не пытается оправдаться или извиниться. Нет, он смотрел на нее с высокомерием, словно заподозрил в чем-то плохом.
Она не сделала ничего плохого, разве что поверила ему.
Если ей нужно еще одно напоминание, почему нельзя доверять мужчинам — то вот оно, перед ней. Его руки все еще был скрещены на груди, а глаза прикованы к ней.
Он просто очередной клиент, напомнила она себе. Если он хочет ее тело и ничего больше, пусть получит его. Гнев и решительность воспламенили кровь, искусано маскируя боль и мучительное отчаяние.
Джеймс заплатил за самую дорогую девушку в заведении, что ж, она должна продемонстрировать, на что способна.
Подняв подбородок, расправив плечи, Роуз чуть-чуть прогнулась в спине. Его взгляд остановился на ее груди, а плечи напряглись. Она усмехнулась. Пусть попробует притвориться, будто она не возбуждает его. Она заставит его сбросить маску. И через несколько минут он уже не сможет скрывать свои истинные чувства.
Закинув руки, Роуз вынула шпильки из волос и небрежно бросила их на мягкий ковер под ногами. Темная волна чуть вьющихся от природы волос накрыла ее плечи, кончики дразнил и соски.
"Чувствуя бодрящий запах холодного ночного воздуха и острый запах мужчины, запах Джеймса, она приблизилась к нему вплотную. Уняв боль обиды, которая снова охватила ее, взглянула на него из-под густой завесы ресниц.
— На одном из нас слишком много одежды.
Она придала голосу мягкую, дразнящую интонацию, под встать улыбке на губах.
В ответ он опустил руки вдоль тела.
Она почти гордилась тем фактом, что ее руки не дрожали, пока она расстегивала пуговицы на его орехово-коричневом сюртуке. Приподнявшись на цыпочки, сначала освободила его плечи, чувствуя мощные мускулы под своими ладонями. К счастью, он не был одним из тех модных джентльменов, которые любят настолько узкие сюртуки, что их невозможно снять без дополнительных усилий. Она потянула за рукава и сняла с него сюртук.
