Джеймс провел последние две недели в стрессе и беспокойстве: Анна постоянно наводила на него беспокойство, а ее внезапное исчезновение вызвало еще большее замешательство. Вдобавок к этому канцелярия отказывалась отвечать ни о чем, что лишь усилило его уверенность в том, что Анна таит какие-то тайны. Он был готов на все, чтобы разобраться и вернуться к нормальной жизни....
Нет, она что, мне сейчас возвращает ту глупость, которую я сказал принцессе Бахрии, лишь бы она от меня отстала? Но я совершенно не собирался жениться, и уж тем более в ближайшее время! Неужели эта нахалка считает, что если я пожалел ее и буквально спас жизнь, надев на голову корону, то это значит, что я еще на ней и женюсь?
Какая несусветная глупость!
– Если вы считаете, что я на вас женюсь, то вы точно сошли с ума, – отчеканил я прямо в глаза Анне. Нечего тратить мое время на подобные глупости, в самом деле.
Именно в этот момент дверь распахнулась и в кабинет буквально впорхнул месье Карреттони с тележкой, заваленной едой. Я подумал и определился, что уж если Анна тут, еда тут, а до праздничного ужина в честь коронации еще долго, то мне стоит воспользоваться моментом для того, чтобы перекусить.
– А речь совсем не о вашей свадьбе, – слегка наклонившись, сообщила мне Анна таким интимным голосом, что у меня бы мозги поплыли, если бы я уже давно не утонул в ее декольте.
– О, мисс Бонд, моя румяная курочка, позвольте от всего сердца поздравить вас! Вы, безусловно, станете бриллиантом этого королевства, от света которого и ослепнуть недолго, – вмешался шеф-повар, а я поморщился. Как я раньше не замечал, насколько раздражительна его манера общения?
– А о чьей же свадьбе пойдет речь? – я решил, что если буду его полностью игнорировать, то станет легче.
Анна молчала, только в ее глазах горел настоящий дьявольский огонь. И мне впервые стало по-настоящему страшно.
Уж не знаю, что там такого она прочла на моем лице, но внезапно мисс Бонд улыбнулась так широко и кровожадно, что у меня даже мурашки по телу пошли, и протянула тарелку месье Карреттони, который уже вовсю орудовал натуральным тесаком, отрезая тонкие кусочки нежной буженины прямо ей в тарелку.
– О моей, разумеется, неужели вы правда считаете, что вы единственный, у кого могут быть матримониальные интересы? – поинтересовалась она, вздернув бровь.
Я же поперхнулся воздухом. Это же дурацкая шутка?
– И позвольте же поинтересоваться, за кого моя королева собралась замуж? Что-то я раньше не замечал у вас толпы ухажеров, – эта фраза вырвалась у меня прежде, чем я успел подумать и сопоставить происходящие события. Но натренированный многолетними практиками ум прекрасно это делал и за меня, к моему огромному разочарованию.
