Джеймс провел последние две недели в стрессе и беспокойстве: Анна постоянно наводила на него беспокойство, а ее внезапное исчезновение вызвало еще большее замешательство. Вдобавок к этому канцелярия отказывалась отвечать ни о чем, что лишь усилило его уверенность в том, что Анна таит какие-то тайны. Он был готов на все, чтобы разобраться и вернуться к нормальной жизни....
– Магические камни? – переспросила я на автомате, мысли витали где-то очень далеко и я плохо давала себе отчет в том, что вообще делаю.
Лекарь смерил меня таким взглядом… Таким взглядом! Словом мне словно словесно напомнили о том, что я и королевой-то стала по чистой случайности, только потому что была фавориткой, а мы все прекрасно знаем как становятся фаворитками.
– Магические камни, Ваше Величество, – мой титул при этом звучал как насмешка, – это гордость Моветании, они улучшают здоровье и дарят долголетие всем кто рядом с ними находится, – лекарь сделал паузу, видимо для того, чтобы я как следует устыдилась, а затем продолжил, – наш король прекратил экспорт камня из страны, думаю как королева вы должны об этом знать!
Мне улыбались так ласково и снисходительно, что этого лекаря хотелось пришибить, пока я утопала в стыде.
Он был прав, даже королева должна была знать подобное, не говоря уже про главу тайной канцелярии. И я правда читала что-то об этом в отчетах, но не уделила этому должного внимания.
И вот такой прокол. Кажется это даже было одной из причин, по которым еще при жизни родителей Джеймса разгорелся скандал с Бахрией, сейчас точно не вспомню, но надо обязательно проверить.
– Кстати, а почему вы сказали про “моего секретаря”, разве Людвиг не секретарь главы тайной канцелярии? – задумчиво поинтересовался лекарь.
Интересно он в кого такой умный выискался? И почему если такой умный да внимательный, то все еще только лекарь?
Ладно злиться на свою оплошность и на внимательность дядечки с бородкой можно сколько угодно, но ситуацию придется исправлять.
– Ой, я так сказала? -я пару раз как могла невинно хлопнула глазами, вызвав у чертового шовиниста снисходительную улыбочку, – это я поторопилась, после того как Людвиг спас мне жизнь и кинулся меня защищать, я решила удостоить его чести и сделать своим личным секретарем, вот уже примеряюсь! – продолжила я с улыбкой полной кретинизма, – вот пойду сейчас Людвига обрадую такой огромной честью!
Лекарь кажется подавился, что съел?
– Я думаю больному сейчас категорически противопоказаны волнения подобного рода, сообщите ему когда он встанет на ноги, – лекарь многозначительно встал между мной и проходом.
Он что совсем страх потерял или забыл с кем дело имеет?
Видимо именно так.
Сколько я ни старалась все было без толку.
