Она сдерживалась все время проведенное в карете, сохраняя маску марионетки, которой, как Аробинн верил, она стала. Она пересекла комнату, держа руки по бокам, чтобы не сжать ключ Вэрда.
- Прости, - сказала она. - Ты не мог знать –
- Вы могли мне сказать. Вы действительно думаете, что я не могу держать рот на замке?
- Даже Рован не знал до прошлой ночи, - отрезала она.
Глубоко в этой бездне грохотал гром.
О Боги, о Боги –
- И мне от этого должно стать легче?
Рован скрестил руки.
- Именно так, учитывая борьбу, которую мы ведем.
Эдион покачал головой.
- Просто…Объясните.
Аэлина взяла кольцо. Сфокусировалась. Она должна сосредоточиться на этом разговоре, пока не сможет надежно спрятать амулет. Эдион не мог знать, что ее тревожит, каким оружием она сегодня завладела.
- В Вендалине, когда Наррок…вернулся. Тогда он предупредил меня. И поблагодарил меня за свою смерть. Так что, я взяла командира-Валга, который, как казалось, имел наименьший контроль над организмом человека, в надежде, что человек может быть еще там, желая освободиться.
Искупление за те вещи, которые сделал этот демон, надеясь умереть, зная, что он сделал хотя бы одну хорошую вещь.
- Зачем?
Обычный разговор превратился в пытку.
- Таким образом я могла предложить ему эту милость, смерть и свобода от Валга, если он даст Аробинну ложную информацию. Он обманул Аробинна, заставив думать, что немного крови сможет контролировать эти кольца – и что кольцо, которое он носил, было настоящим.
Она подняла кольцо.
- На самом деле, эту идею мне подкинул ты. У Лиссандры есть очень хороший ювелир, который сделал подделку. Настоящее кольцо я отрезала вместе с пальцем Валга. Если бы Аробинн снял вторую перчатку, то не обнаружил бы там одного пальца.
- Ты должна была потратить недели, планируя это.
Аэлина кивнула."
"- Но зачем? Зачем беспокоится обо всем этом? Почему просто не убить его?
Аэлина опустила кольцо.
- Я должна была знать.
- Знать что? Что Аробинн чудовище?
- Что он не пытается искупить вину. Я знала, но… Это была его последняя проверка. Чтобы он показал, на чьей он стороне.
Эдион прошипел:
- Он сделал бы из тебя свою личную марионетку – он прикасался…
- Я знаю, чего он коснулся и что собирался сделать.
Она все еще чувствовала его прикосновение к ней. Но это было ничем по сравнению с весом, давившем ей на грудь. Она потерла большим пальцем царапину на ее руке.
- Так что, теперь мы знаем.
И некая ее часть не хотела этого знать.
***
Все еще в своих нарядах, Аэлина и Рован смотрели на амулет, лежащий на низком столике перед камином в ее спальне.
Она сняла амулет, как только вошла в комнату и упала на диван, стоящий напротив стола. Эдион ушел в дозор на крышу –. Рован сел рядом с ней. В течение минуты они молчали.
Амулет блестел в свете двух свечей, заженных Рованом.