Подобного рода иллюзии девушка регулярно создавала восемь лет назад, когда только начала искать Деймона в Террилле, чтобы вывести его из Искаженного Королевства. Он слишком хорошо помнил, какую цену пришлось за это заплатить ее настоящему телу.
— Ты точно чувствуешь себя достаточно хорошо, чтобы транслировать через свое тело энергию, необходимую для поддержания иллюзии и наделения тени возможностью исцелить повреждения, которые могут оказаться весьма значительными?
— Исцеления, как такового, не потребуется, — спокойно ответила Джанелль.
По письмам и увещеваниям лорда Джорвала у Сэйтана и Люцивара сложилось обратное мнение, но оба знали, что спорить сейчас себе дороже. Годы службы при дворе Джанелль научили эйрианца своевременно отступать.
Она заставила чемодан и дорожную сумку исчезнуть, а затем взяла длинный черный плащ с капюшоном.
— Ну что, поехали?
4. КэйлеерКартан Са-Дьябло беспокойно метался по гостиной своих апартаментов."
"Сука запаздывала. Если бы он был дома, она бы не осмелилась заставлять ждать сына Доротеи. Огни Ада, ему уже хотелось вернуться в Хейлль!
Проникнувшись чувством оскорбленного негодования, он едва не прослушал тихий стук в дверь. Картан заставил себя собраться. Ему нужна эта сука, которая, по заверениям Джорвала, была лучшей Целительницей в Кэйлеере. Если он проявит грубость, ничто и никто не сможет помешать ей выйти в эту самую дверь и больше никогда не вернуться.
Он подошел к окнам и выглянул на улицу. Не следует доставлять ей удовольствие, демонстрируя, с каким нетерпением он ждал ее прихода. Нет никаких причин давать ведьме даже столь малое преимущество над собой.
— Войдите, — произнес он, когда в дверь снова постучали.
Картан не слышал, как она открылась и закрылась, однако, обернувшись, увидел женщину, закутанную в черный плащ с капюшоном.
Сначала он решил, что это та ведьма, которую Доротея называла Темной Жрицей, но в ментальном запахе той было что-то гадкое, склизкое. Эта же…
Картан нахмурился. Он вообще не чувствовал ментального запаха.
— Ты — Целительница? — с сомнением спросил он.
— Да.
Он невольно вздрогнул при звуке голоса, которым говорила сама полночь. Пытаясь не обращать внимания на нарастающее беспокойство, он начал было расстегивать рубашку.
— Полагаю, ты захочешь осмотреть меня?
— В этом нет необходимости. Я знаю, что с тобой.
Его пальцы застыли на первой пуговице.
— Ты сталкивалась с подобными симптомами раньше?
— Нет.
— Но ты знаешь, что это?
— Да.
Раздраженный отрывистыми ответами, Картан отбросил попытки вести себя вежливо.
— Тогда что это, во имя Ада?
— Она называется Брайарвуд, — ответил глубокий, темный, полуночный голос.
Кровь отхлынула от головы, устремившись в сердце. У Картана закружилась голова.