Автор
В эпоху, когда каждый дом имел лишь одного мужа и одну женщину, властные маги начали создавать многоженство. Но каждый новый брак означал гибель второго участника. Здесь рассказывается об удивительной королеве, которая не желает умирать, даже когда вокруг разгорается война и многие люди пытаются извлечь выгоду от её уникального положения....
Вот именно размером этого самого резерва и определяется сила мага. Ну, еще скоростью его заполнения. И тот самый артефакт, которым проверяют на пригодность младенцев, реагирует именно на размер и заполняемость резерва.
Дальше шло объяснение, что все рождаются с определёнными предрасположенностями и всё такое, но меня не это зацепило. Почему именно у младенцев проверяют резерв? Человек рождается одним, а становится совершенно другим. Ни один из моих охранников не родился с накачанными мышцами, никто не умел ни стоять, ни ходить.
Я велела позвать ко мне Татика и Низака, того моего охранника, который признался, что у него царапины быстрее заживают. Только оказалось, что никто из них и близко не занимался магией, даже не интересовался. Получилось, что сейчас я знаю о магии больше, чем они.
18
Утром мне опять предстоял разговор с наёмником. Чистый и выбритый, он просто преобразился. Он оказался светловолосым симпатичным мужчиной лет тридцати на вид.
— Что именно вы от меня требуете? — задал он вопрос.
— Мне нужны любые сведения, напрямую или косвенно касающиеся попыток меня убить. В идеале имена заказчиков. Что-то мне подсказывает, что это не один человек.
На мои слова он лишь ухмыльнулся.
— Ты что-то знаешь?
— Я предполагаю.
— Это понятно. Мне нужны факты. Я не могу никого обвинить голословно. Слухи — это не доказательства. Мне нужны документы и свидетели.
— Они не дураки. Если и есть документы против них, они спрятаны надёжно. А свидетелей не оставляют.
— Одно преступление можно совершить идеально.
— Я вас понял, — вздохнул он и вышел.
Ему дали денег на проживание и отправили в столицу. Ифор, конечно, сомневался, стоит ли. Он ведь может и сбежать, и растратить все зря, и просто оказаться бесполезным, но мне верилось в лучшее. А может быть, я действительно слишком добрая. Поживём –увидим.
