Автор
Маркграфиня Ансбахской тихо сообщала Фридриху о трудностях жизни после развода: пребывающая в нищете, она боялась за будущее своих маленьких сирот. Фридрих улыбался, но это был холодный, без эмоций смех, как его природа дала ему непосредственное выражение. София Шарлотта вертела в руках семью, и ее каждое слово вызывало в нем восхищение — даже тогда, когда это было необъяснимым теплом....
Похоже, «Королева в ожидании» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
* * *Потрясенная случившимся Каролина пыталась придумать, как им лучше всего поступить.
Она понимала, что против них настроен мстительный человек. Каролина так долго прожила в Лейн-Шлоссе, хранившем память о печальной судьбе Софии Доротеи, матери принца, что легко могла себе представить, что случится с теми, кто обидит Георга Людвига.
С какой стати он будет более терпим к сыну, чем к жене?
Им нельзя быть гордыми; это глупо. Надо действовать, причем быстро.
Каролина попыталась поделиться своими опасениями с Георгом Августом.
Он тоже не забывал судьбу матери.
Вдвоем они сочинили письмо королю, и принц переписал его."
"«Если вопреки своей воле я имел несчастье обидеть Ваше Величество, то умоляю о прощении и прошу не сомневаться в уважении, которое я питаю к Вашему Величеству. Я не в обиде на герцога Ньюкастлского…»
Каролина медленно перечитала письмо.
– Я должен послать это старому негодяю? – чуть не плача, спросил принц.
– Боюсь, что да, – вздохнула она. – У него огромная власть. Мы не должны забывать о судьбе твоей матери.
* * *Они унизились, и королю это доставило удовольствие. Но это вовсе не значило, что теперь он собирался сделать для них что-то хорошее. Георг презирал и ненавидел сына. Он никогда не забывал того дня, когда мальчишка оторвался от компании охотников и попытался спасти мать. Глупая затея, с самого начала обреченная на провал. Но у парня хватило безрассудства совершить этот поступок.
Мальчик встал на сторону матери, а это означало, что он был против отца.
Георг Людвиг никогда не забывал и не прощал оскорбления или вреда, нанесенного ему. Томившаяся до сих пор в заключении София Доротея была тому лучшим подтверждением.
Он хотел забыть эту женщину и ее сына, который, к несчастью, был и его сыном. Но Георг Август мешал это забыть.
Георг читал письмо сына и презрительно смеялся. Он знал, кто стоит за строчками, написанными Георгом Августом. Это она, женщина-дьявол. У Георга Августа никогда бы не хватило ума попытаться смягчить гнев отца.
