Королева должна выбрать между любовью и властью. После нападения на короля Лондон погружается в хаос. Бенедикта осознает, что её возлюбленный — угроза не только для неё, но и для всего королевства. Придётся ли ей восстать против того, кого она любит, чтобы спасти свой народ?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Королева восстанет»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Королева должна выбрать между любовью и властью. После нападения на короля Лондон погружается в хаос. Бенедикта осознает, что её возлюбленный — угроза не только для неё, но и для всего королевства. Придётся ли ей восстать против того, кого она любит, чтобы спасти свой народ?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Мари Нихофф Легкое чтение Фэнтези Любовное фэнтези подборки серии
Королева должна выбрать между любовью и властью. После нападения на короля Лондон погружается в хаос. Бенедикта осознает, что её возлюбленный — угроза не только для неё, но и для всего королевства. Придётся ли ей восстать против того, кого она любит, чтобы спасти свой народ?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
В них читалось раскаяние.
– Все хорошо, – тихо произнес Бенедикт, поглаживая меня по плечу, но единственное, на что я была способна, – это таращиться на след от укуса у него на шее.
В ужасе я вывернулась из кольца его рук и отпрянула, ощупывая зубы кончиками пальцев. Они действительно есть. Два острых клыка, как у…
Меня затошнило.
– Помоги мне, – ошеломленно прошептала я. Я только что пила его кровь. Просто так. Я его укусила. Я…
Бенедикт выпрямился и снова притянул меня к себе, поглаживая по спине.
– Сперва сделай глубокий вдох. Все…
– Разве ты не видишь? – завопила я и оттолкнула его руку. – Ничего не хорошо! Я…
Я не закончила предложение. Дыхание участилось, и я снова дотронулась до острых клыков. У меня вырвался отчаянный всхлип. Они по-прежнему там. И я, черт возьми, никак не могла проснуться. Прикосновение Бенедикта казалось пугающе реальным. Я чувствовала мягкий матрас под собой, шелковистую ткань одеяла, прохладный воздух в спальне.
– Эй. – Бенедикт взял мое лицо в ладони, заставляя сфокусироваться на нем. – Посмотри на меня. Все хорошо.
Нечем дышать. О чем он? Ничего не хорошо! Абсолютно ничего. Очевидно, что я больше не человек. Я пила его кровь во сне. И просто не понимала, как он мог оставаться настолько спокойным!
Разве что…
Я уставилась на него. Горло внезапно сжалось так сильно, что мне едва удалось вымолвить одно-единственное слово.
– Бенедикт, – прошептала я и сжала руки в кулаки.
Он болезненно поморщился:
– Флоренс, пожалуйста…
– Что ты наделал? – выпалила я и рывком отшатнулась от него. Внезапно все обрело смысл. Мой сон только что. То обстоятельство, что его тело уже не казалось таким теплым, как обычно. Слова Хелин о том, что я еще какое-то время буду находиться рядом с Бенедиктом.
Сколько крови ты мне дал?
Слишком много.
– Другого выхода не было…
– Ты обратил меня? – закричала на него я. Пульс бешено заколотился, как будто сердце хотело напомнить, насколько я жива.
– Нет, – тут же ответил Бенедикт, что только разозлило меня еще больше. Почему он врал мне? Почему не рассказал сразу, черт возьми?
– Ты не имел права так поступать! – вырвалось у меня. Слезы отчаяния застилали глаза. – Я этого не хотела! Никогда не хотела…
– Я не обращал тебя, – упрямо настаивал он.
Взмахнув рукой, я указала на его шею.
– Тогда как ты объяснишь это?
Рана почти зажила, но две темно-красные точки доказывали, что это правда произошло. Проклятье, я даже не была в сознании, когда пила из него. Я опасна. Не в состоянии себя контролировать. Монстр.
– Может, ты позволишь мне объяснить? – потребовал Бенедикт. Он старался сохранять спокойствие, но в его голосе тоже зазвучали суровые нотки. – Будь ты вампиром, захотела бы не моей крови, а человеческой, – напомнил он мне.
