Сестры спасли мужа короля от смерти, но теперь героиня живет с чувством вины. Неопределенность и отчаяние нарастают, когда в центре событий оказываются королевская кровь и стальные небеса. Возникает конфликт между долгом, любовью и невыносимой болью.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Королевская кровь 10. Стальные небеса» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Сестры спасли мужа короля от смерти, но теперь героиня живет с чувством вины. Неопределенность и отчаяние нарастают, когда в центре событий оказываются королевская кровь и стальные небеса. Возникает конфликт между долгом, любовью и невыносимой болью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сестры спасли мужа короля от смерти, но теперь героиня живет с чувством вины. Неопределенность и отчаяние нарастают, когда в центре событий оказываются королевская кровь и стальные небеса. Возникает конфликт между долгом, любовью и невыносимой болью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Королевская кровь 10. Стальные небеса» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ветер окутал меня выдохом и отступил, рассеяв и Люка, и его ложе, и все вокруг.
Я, продолжая шептать что-то умоляющее, слезливое, приоткрыла глаза и тут же закрыла: в глаза ударил свет. Мне было жарко. Болели руки и ноги. Меня била дрожь.
Обрывки разговора рядом ощущались как дробь града по жестяной крыше.
— …У нее бред. Тяжелая кровопотеря, господин Леймин. Со вчерашнего дня температура, несмотря на усилия виталистов.
— Тем не менее я настаиваю, что ее светлость нужно эвакуировать. Мы вызовем реанимобиль из Виндерса…
Как же жарко. Я выпадала из реальности и возвращалась после мгновений слепоты и глухоты.
— …Господин Леймин. Пока еще я главврач этого лазарета. И я вам говорю как врач: перевозить Марину Михайловну опасно и для нее, и для детей…
— Нападение может произойти в любой момент…
Я умру сейчас, так жарко. Обморочная муть была рядом, близко, во мне.
— …Здесь она реабилитируется при поддержке драконов-виталистов. Они удерживают ее. В Виндерсе есть драконы-виталисты?..
— А кто защитит ее, если снова атакуют иномиряне? Она не сможет больше вызвать огненных птиц…
Я попыталась заговорить. Не вышло. В голове было гулко, мутно, сонно.
— Марина, — голос Энтери прогнал хмарь, — спать.
Прикосновение рук. Прохлада по телу. Волна спокойствия и неги. Тяжелая дрема.
Я, пробиваясь через нее, зашептала, еле двигая губами:
— Живы, — сказал дракон, и я замерла от облегчения. Губы пересохли. Под веками от жара плясали темные пятна, и я никак не могла открыть глаза.
— Камень… принесите камень…
— Бредит, — тяжело проговорил доктор Кастер.
— Нет, — прохрипела я. — Я не брежу.
От усилия застучало сердце, и я остановилась, хватая ртом воздух.
— Тогда что за камень, ваша светлость? — недоуменно и почтительно переспросил Леймин.
— Энтери знает, — шептала я. Руки дрожали, снова начало знобить. — Энтери… я сжимала камень. С моей кровью. Где он?
— Остался рядом с костром, Марина, — гулко объяснил дракон.
— Принесите… На одну из башен нужен огонь… много огня, — заторопилась я, чувствуя, что сейчас снова провалюсь в обморок, — а затем… принесите туда камень. И много, много масла… покормить огнедухов… привязаны к камню. Защитят…
— Сделаем, моя госпожа, — с явным облегчением проговорил Леймин. — Сейчас и сделаем.
Замутило, и я застонала. Легкие горели.
— Воздух… — язык отказывался ворочаться, — не могу дышать. Откройте окно.
Шаги. Звук распахиваемых створок. Прохладный поток, ласково огладивший меня, лизнувший мокрые волосы на затылке. Мой глубокий вдох.
"Где ты? Где ты? Люк"
В груди заболело, и я словно со стороны услышала свой всхлип, стон, вой. Ладонь Энтери вжалась в мою грудину.
— Не надо кричать, сестра.
Холодно. Хорошо. Все померкло.
Я открыла глаза. Стояла ночь. Тело казалось легким.
