Их он пока не видел, но был уверен, что встреча вот-вот состоится. Хотя Чет планировал увести выживших в огне за собой — и покрошить по пути как можно больше. Дракон взял на себя поджог островов через каналы справа — чтобы поднять стену огня хотя бы до основного русла реки, оставив Тротту левую сторону: остров, по которому они бежали до обнаружения невидши, второй — между строящимся каналом и заполненным, и пространство за строящимся каналом до тлеющего пожара. Чтобы тварям пришлось постараться, чтобы обойти огонь.
В какой-то момент, когда источников возгорания стало достаточно, а усиливающийся ветер начал работать как гигантский поддув, пламя зажило своей жизнью, заревело, опаляя спину и крылья, и полетело вслед за Троттом, окутывая удушливым дымом, задерживаясь на несколько минут только у каналов. Но и они не становились для него препятствием.
Впереди мелькнуло светлое пятно, и он на мгновение замер — неужели Алина? Решила вернуться? Но нет, это был раскачиваемый ветром большой ошметок оотеки.
— Ей хватит ума бежать вперед, — пробормотал он неслышно. — Хватит дергаться.
Он больше всего боялся снова увидеть ее схваченной. Она должна добраться до безопасной зоны — а он обязан прийти за ней, чтобы завтра провести ее к порталу.
В небесах разворачивалось впечатляющее зрелище — с одной стороны черная туча с фиолетовыми подсветами молний, с другой — подсвечиваемый красным дым. Над головой метался молодняк раньяров, то и дело тройками пролетали наемники, высматривая поджигателей, но пока Тротту удавалось от них прятаться — хотя, видят боги, в сумерках с факелом в руке это было почти невозможно. Он прикрывал его от взглядов сверху крылом.
Инсектоиды орали так, что болели барабанные перепонки. Во всех мирах живые твари боятся огня — и этот не был исключением. Нимфы охонгов сплошняком заполоняли берега островов, топчась у слишком глубокой для них воды, затем, когда огонь подбирался вплотную, в панике начинали сыпаться в воду — и одни перебирались на соседние острова по спинам других. То и дело из воды выныривали гигантские личинки стрекоз, поедая нежданую добычу.
Тротт прошел с огнем уже несколько островов и двигался над каналом, когда вода чуть впереди и сбоку вспухла дорожками выстрелов — а затем сквозь окружающее акустическое безумие пробился стрекот автоматов.
Он выругался. Крыло дернуло — но боли не было, пули прошли сквозь кончик, через верхушки перьев. Пришлось задействовать щит, который он не ставил, чтобы не истощиться раньше времени.
