Автор
Полчаса назад я чувствовала себя любимой, но теперь Лин кричит. В комнате запахло старостью и загадочным эликсиром, а я смотрю на мертвые вазы и разбитое стекло — знаки того, что случилось здесь еще ранее. Я снова одна в Академии, где каждая скрытка подозрительна и каждый взгляд может быть ложным....
Голос Виернарона заставил меня вздрогнуть. Вздрогнуть и, подхватив Шшерсель рвануть в сторону. Подальше от девушки, на которой медленно открывались залеченные раны.
— Раны, нанесенные нанесённые костяным клинком не срастаются, — он смаковал каждое слово. — Они в сознании, они слышат нас. Чувствуют прикосновения. Они знают, что послужат благому делу.
Он смотрел именно на ту несчастную, которую я пыталась врачевать. Значит, думал, что я стою там.
Виернарон поправил волосы, и я заметила на его голове венец.
— Ты боишься. Твое сердце разрывается от страха. Вероятно, сейчас ты ползешь в сторону, подальше от меня. Чтобы только не нашел.
Рассмеявшись, он продолжил:"
"— Но я не собираюсь искать. Ты уже часть ритуала. Ты пожертвовала свою магию, добровольно отдала ее моим невольным жертвам.
Время от времени он делал паузы в своей бесконечной речи.
— И вот это, — он обвел рукой зал, — твоя вина, мой милый Ключ. Ты могла бы прийти ко мне, прийти, когда я звал. Ты могла бы позволить всему идти своим чередом, но… Ты нарушила мой первоначальный план. И потому я нашел другой способ.
Он подошел к коленопреклоненным:
— Вот тела для возрожденных богов. Заметь, я возвращаю их всех. Не делю на людских покровителей, драконьих и оборотнических. Мир засияет новыми красками! И я! Я стану проводником нового порядка!
Виернарон вскинул руки и в тот же момент линии рисунка засветились.
Ритуал начался.
В эту же секунду мне будто иглу в сердце вонзили! И еще раз. И еще. И вновь.
— Магия уходит, — прошипела Шшерсель и, подняв тонкую ручку, указала на мой щит, рассыпающийся на радужные осколки.
Осколки, которые летели к Виернарону.
Прикусив губу, я коснулась рукой груди. Значит, Виернарон не лгал? Пытаясь исцелить тех несчастных, я действительно стала частью всего этого ужаса?
— Скорлупа Шшерсель крепка, — змейка посмотрела на меня, — Шшерсель удержит скорлупу полтора часа.
— Скорлупу?
Она молча указала на свой ячеистый щит.
— Поняла, — кивнула я.
Скользя взглядом по комнате, я искала хоть что-то, что может нам помочь.
Но ничего не находила. Ни-че-го.
Кроме одного.
Есть заклятье, за применение которого казнят. Казнят не глядя на пол, возраст и род. Последний довод, которому меня научил господин Орвалон.
