В дремавшей после жары Вей Ши ночи, зеленый лес сиял как кристаллическая шкатулка. На границе раскаленных барханов гулял тигр с красной шкурой — хладнокровный охотник, незаметно проплывавший мимо птиц и стрекочущих летучих мышей. В это время в Пески пришел быдь к тому же несчастью сюжет Королевской крови, где древние боги начали проявлять интерес к обычной жизни людей....
Вплету в твою сигналку сердечную нить, и только дернись – упадешь замертво. Ты меня понял?
– А если я не соглашусь?"
"– Уйдешь в стазис и постоишь в королевской тюрьме, – пожал плечами Алмаз Григорьевич. – И не думай, что сможешь уйти. Саша заблокировал спектры, я успею ударить.
Данзан Оюнович еще раз огляделся. Усмехнулся.
– Ловко. Не доверяет мне твой ученик… ну, имеет право, имеет… Я его хорошо приложил тогда, понятно, почему он настороже. Да и ты умеешь убеждать, драгоценный мой друг. Нить так нить. Так ты расскажешь мне, зачем я вам так нужен, что вы даже готовы выбить мне амнистию?
– После клятвы, – отрезал Алмаз.
– Возможно, – тонко улыбнулся Черныш. – Когда ты будешь готов принять то, что я скажу.
– Скулишь, Данзан.
– Давлю тебе на жалость, – хмыкнул Черныш. – И это работает, ибо ты всегда был слаб на эмоции, дружище.
Александр, остановившийся неподалеку, подождал, пока на него обратят внимание.
– Мне сейчас придется восстановить спектры переходов. Вы справитесь без меня, Алмаз Григорьевич, или все же спеленаем его минут на десять, пока меня не будет?
– Почтение, молодой человек, – поморщился Данзан Оюнович. Свидерский не обратил на него внимания.
– Справлюсь, Саша, – ласково ответил Старов. – Ты куда этого молодца? Туда, куда я думаю? – и он кинул взгляд вниз, словно пытаясь что-то рассмотреть под землей.
– Тандаджи им заинтересуется, – кивнул Алекс.
– Бедняга Макроут, – с едкостью проговорил Черныш, глядя, как Свидерский поднимает молодого темного на плечо. – Было бы забавно посмотреть, как с него по мере допросов слетает идеализм, но все же скажу – он ни в чем не замешан. Чист. А о других рассказать все равно не сможет.
– Следователи разберутся, – бросил Александр, направляясь к выстроенному Зеркалу.
– Только пусть будут повежливее, – посоветовал Черныш ему в спину.
