– А это же, – она отступила в сторону от проезжающей телеги, в которую были впряжены две мохнатые диковинные зверюшки, – это… лошадки? Лорд Макс! Это лошади! Только маленькие и пушистые! У нас на Туре таких нет!
Тротт посмотрел на неопознаваемых из-за заросших морд «лошадок» с длинной белой шерстью, каждая из которых едва ли доставала ему до пояса, и в голове его забрезжило что-то давно забытое.
– Я ведь слышал о вас, – сказал он хранительнице. – Очень давно, когда обошел весь Лортах. Вы – нех-маши́, лесные колдуны. Это про вас говорят, что вы ездите на козах без рогов и заводите путников в лес, чтобы съесть. Но откуда они у вас? На остальном Лортахе нет лошадей.
Название он произнес по-рудложски, и хранительница мотнула головой.
– Это не лёшаде, а ве́ргиши. Раньше они жили только при храмах и использовались для получения священного молока. В свитках говорится, что вергиши тоже пришли к нам из другого мира, целый табун вышел рядом с храмом Веты-Океана, поэтому их и назвали священными.
– Но это ведь значит, что и раньше открывались проходы, – удивилась Алина. – Возможно ли, что эти лошади… вергиши тоже пришли из нашего мира?
– Возможно, – улыбнулась жрица. – А может и из другого, ношеди-дева. Когда наши города стояли здесь в белом камне и золоте, люди знали, что раз в несколько сотен лет открываются проходы в другие миры. А еще мы знаем, что давным-давно, задолго до войны, на Лортах пришли из иного мира люди исполинского роста с белыми волосами и голубыми глазами. Они пришли через проход, который открылся во время землетрясения на огромном острове, который находился посреди океана и затонул, ровно как сейчас тонет Лортах, но гораздо быстрее. Они поклонились нашим богам, и те приняли их, они смешались с нашими предками, которые населяли Лортах, они принесли нам науку и искусство.
Тротт слушал эти откровения с не менее жадным любопытством, чем Алина, и чудовищно сожалел о том, что нельзя провести здесь исследовательскую экспедицию, записать знания этих лесных людей. Какая драгоценная информация об устройстве миров еще хранится в их свитках?"
"Еще один возница, проезжающий мимо, поклонился хранительнице, и она похлопала ближайшую из лошадок по холке. Та тихонько, скрипуче заржала.
– Их всех после войны уничтожили вместе с храмами, – объяснила жрица. – Остались только у нас. Сейчас мы и доим их, и стрижем, и впрягаем в телеги, и используем на мясо. Поэтому, – заключила она довольно едко, – нам нет смысла есть путников, но́шеди. Да и про крылатых колдунов тоже много что говорят.
– Твоя правда, – примирительно согласился Тротт. – У вас удивительный город, неши.
– Раньше города были совсем другими, – печально сказала хранительница.