Тут же все создано твоим воображением? Может, тебе траву поесть или землю? Или могу коры принести погрызть… Какая тебе разница, они же все из одного вещества?
– Траву можно, – и Вей клацнул зубами, срезая несколько травинок, – а землю не выйдет.
– Почему?
– Потому что мы существуем в наших ощущениях, которые моделирует мозг, исходя из сенсорного опыта или нашей памяти. Для нас земля и камни несъедобны. Мозг это знает. Его не обмануть.
– Тогда… – Она шагнула вбок, склонилась и попыталась поднять тигра, обхватив под живот. – Да вставай же, ты не можешь быть тяжелым, ты воображаемый! Вставай и иди сам к ручью.
– Я не могу, – проворчал Вей Ши. – Пытался уже.
– Еще попытайся, – пропыхтела она. – Ну, давай же! Вперед, киса!
Он старался – и девочка-ручеек старалась тоже. Но сон, было отступивший, снова стал сжимать голову тисками – и Вей, едва приподнявшись, повалился обратно, чуть не прижав собой отскочившую принцессу.
Она подползла к нему, так же тяжело дыша, как и он, прислонилась спиной к боку…
– Не понимаю, – сказала с удивлением, – ведь всего этого не существует. Почему же ты такой тяжелый?
– Все потому же, – объяснил Вей, чувствуя, как ходят его бока. – Ты знаешь, что тигры тяжелые, поэтому я тяжелый. И я знаю. Себя не обмануть.
– Но ты же как-то создал этот лес и ручей из ничего? – непонимающе проговорила принцесса. – Значит, можешь менять? Или превратись… ну, хотя бы в кролика, я тебя отнесу.
– Сил нет, – буркнул Вей. – Ни меняться, ни менять. Эта лакуна создана моим воображением и существует в нашем общем ментальном пространстве. Чтобы ее изменить, нужны усилия, а мой мозг сейчас подавлен, ментальные способности блокированы.
Каролина вдруг захлопала в ладоши и поднялась.
– Но мой-то нет! – радостно сказала она. – А пространство наше общее!
Вей посмотрел на нее, чувствуя себя совершенно по-дурацки, что не додумался сам.
Девочка-Кейя пальцем по земле начертила ручейку новое русло прямо к морде наследника, закрыла глаза – и Вей даже не ожидал, что получится так быстро. Но голубая, словно нарисованная краской вода мигом поменяла направление и потекла к нему. Старое русло на глазах поднималось, зарастало травой.
Когда принцесса открыла глаза, Вей Ши пил, быстро, старательно, чувствуя, как истончаются дедовы запреты на сознании, как становится легче дышать и думать. Он уже ощущал связь со своим телом, и совсем немного оставалось до того момента, когда можно будет к нему прорваться.
– Ой, меня, кажется, будят, – девочка закрутила головой, мгновенно истончаясь в дымку. – Утро, что ли?
Вей зарычал, прыгая в ручей и давясь водой – слишком долго спит, долго.
– Ты там осторожнее, – Кейи-ручейка уже не было видно, лишь голос звонко звучал среди берез.