В дремавшей после жары Вей Ши ночи, зеленый лес сиял как кристаллическая шкатулка. На границе раскаленных барханов гулял тигр с красной шкурой — хладнокровный охотник, незаметно проплывавший мимо птиц и стрекочущих летучих мышей. В это время в Пески пришел быдь к тому же несчастью сюжет Королевской крови, где древние боги начали проявлять интерес к обычной жизни людей.
Тха-охонгов и иномирян не трогайте, это дело бойцов с пулеметами и гранатометами. Тха-охонги в бункер не пройдут, и если останутся только они, мы сможем задраиться и переждать до подхода подкрепления. С невидши же мы пока можем справляться только магическими ударами. А ресурс, сами понимаете, – она оглядела горстку магов, – у нас ограничен. Важна каждая капля резерва.
– Полковник, – нерешительно заговорил Ситников, – раз нас так мало, может, привлечь Макроута? У него есть стихийные способности.
– Я поддерживаю, – проговорила капитан Дробжек. – Из его дела мы знаем, что он уверенно владеет стихийной магией, партизанил в Блакории, резерв у него побольше моего. Под мою ответственность, полковник. В сложившихся обстоятельствах…
– Я умею расставлять приоритеты, капитан, – прервала ее Дорофея Ивановна. – И уже думала об этом. Вопрос в том, насколько он безопасен для нас. И захочет ли сотрудничать. И если по первому нас проконсультирует отец Олег, то с сотрудничеством…
– Позвольте, я поговорю с Макроутом, – попросила Дробжек. – Он не откажется, я уверена.
Вызванный в пункт наблюдения священник заверил, что ментальное здоровье заключенного стабильно, опасности срыва нет. Самого Макроута привели через несколько минут в сопровождении Люджины. Темный был ошеломлен, бледен и насторожен. Матвей без лишних разговоров хлопнул его по плечу: общее дело сблизило еще в прошлый раз, да и понравился ему Дуглас. Дмитро передал пакет с молоком. А Дорофея Ивановна коротко повторила задачу. И осведомилась:
– Вы согласны, молодой человек? Я должна быть уверена, что вы не дрогнете и прикроете свой сектор.
– Я все сделаю, – сипловато пообещал темный. – Только… мне нельзя выходить за зону покрытия часовни, полковник. Я боюсь сорваться.
– Отец Олег? – обратилась Латева к священнику.
– Стихийный фон ровный, сужения защиты нет – она простирается на пять шагов за первый щит, возможности сорваться внутри зоны пока нет, – очень по-военному повторил священник.
– Условия понятны? Не подходите близко ко второму щиту, – приказала Макроуту Латева. – И если почувствуете желание кого-нибудь выпить, постарайтесь направить его на врагов. Иначе мне придется вас пристрелить.
Матвей с укоризной посмотрел на нее – а Макроут вдруг неуверенно усмехнулся и кивнул. И на его лицо словно вернулась жизнь.
Солнце клонилось к закату. Было жарко и душно. Маги перемахнули через стену – ибо дверей в конструкции не было предусмотрено, – и прижались к ней меж бойниц.
