На пороге на мгновение появилась крупная женщина с таким же темным лицом,исчезла, снова появилась, вынеся Вею ещё несколько лепешек с сыром. Подошла к мужу.
Было очень вкусно. И если подношения для наследника были в порядке вещей – он едва ли замечал их раньше, - то сейчас люди помогали бродяге, забравшемуся в сад.
- Боги, смотри, какой голодный, - услышал он шепот хозяйки. – Ты в дом иди, мальчик, – уже громко сказала она, - я лапши сейчас погрею. На бульоне из жирной уточки!
Вей Ши покачал головой и встал.
- Спасибо, добрые хозяева, – проговорил он, стараясь, чтобы голос его не звучал высокомерно, и осознавая, что невольно подражает Мастеру Четери, – но мне нужно идти.
- Ты, наверное, в храм Триединого спешишь? – проговорил хозяин дома. – Подожди, пока я машину свою доделаю, помойся, хозяйка тебе одежду даст. Я тебя довезу. Быстpее выйдет.
- Благодарю, - сказал Вей терпеливо, – но я иду не в храм. Скажите, далеко ли отсюда до города Менисей?
- Да куда в Менисей! – всплеснула руками женщина. – Пешком-то дня два, не меньше! Да и не пустят тебя, кордоны на дороге. Ты откуда пришел, что не знаешь?
- Издалека, – пробурчал наследник, отступая. Ему нужно было спешить, но Ши негоже было уходить, не отблагодарив за помощь.
Он, шагнув к сухой сливе, выпустил коготь и начертал на коре иероглиф «здоровье». Ахнула хoзяйка, что-то испуганное пробормотал мужик – а Вей, приложив к дереву ладонь, потянул сквозь него тонкую нить равновесия, восстановившую корни и древесину, заставившую набухнуть на ветках почки, расцвести цветки и появиться первым плодам. Если этот мир выстоит, крестьяне рано или поздно заметят, что слива успокаивает и одновременно придает сил, помогает в лечении легких болезней и печалей.
- Это для здоровья, – сказал он замолкшим и потрясенным хозяевам. А затем перекинулся в тигра, прыгнул в сторону, перемахнул через забор и понесся прочь от деревни.
- Янтарный Ши! – ахнула ему в спину хозяйка. И тут же посетовала негодующе: – Да хоть бы лепешек с собой взял!
Первые залпы артиллерии он уловил чутким тигриным слухом, когда уже бежал пo провинции Сейсянь, обогнув кордон на дороге по лесу. Уловил – и рыкнул от отчаяния, что не успевает,и вновь понесся так быстро, как только мог, – чтобы весь его поход не оказался зря. Шестьдесят километров – много ли для быстрых лап? Совсем немного. Несколько часов – и он будет на месте."
"Солнце стояло высоко в небе, а выстрелы артиллерии грохотали уже совсем близко, когда Вей Ши выбежал на берег реки, в десятке километров от которой лежал Менисей. Перед тем как ступить на мост, Вей подошел к воде, чтобы попить. Но не успел он сделать и нескольких глотков, как сознание его поплыло, как бывало в детстве, когда дед успокаивал и усыплял капризничающего внука.