Первое мая в графстве Нестингер, Инляндия. Слух о падении императора Итхир-каса передается среди лорташских войск, за Менисей в Йеллоувиньском городе. Тиодхар Ренх-сат, простой нейр и благородный нор из числа солдат, бежит по ночному Лорташу, уносясь от страха и потока новостей о захвате короны....
Похоже, «Королевская кровь 12. Часть 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Он знал, что она справится сама.
Старик смотрел на нее строго. Затем поднес руку ко лбу и снова склонил голову.
— Моя Владычица, — сказал он. — Вижу, что и ярости дети Красного не растеряли. Понимаю, — повернулся он к Нории, — понимаю, отчего ты так счастлив. А я все думал — кто та, с кем ты полетишь в брачный полет? Дивен, дивен новый мир.
Малахитовый зал был роскошен — песчаного цвета пол, на котором из центра-цветка расходились лучи с растительным орнаментом, белые стены, зеленые малахитовые колонны и окна, изумительный высокий потолок с золотым плетением.
Несколько сотен драконов ждали их, рядами разместившись на шестиугольных изумрудных коврах, скрестив ноги и опираясь на яркие твердые подушки.
И сам Нории опустился на такой ковер под куполом ротонды, и Ангелина села рядом, так же скрестив ноги в длинном платье.
Наставник Уми расположился в первом ряду, рядом с матерыми драконами и драконицами. Даже если бы Ани не знала ничего о тех, кто собрался в зале, уверенность во взглядах выдала бы их принадлежность к власти.
Ангелина с трудом выделила несколько десятков знакомых лиц, но не смогла бы отличить друг от друга большинство присутствующих как женщин, так и мужчин, несмотря на с детства привитое умение запоминать особенности внешности и имена.
Не было видно Огни — она всю себя посвятила детям и оплакиванию погибших.
"— Драконы Песков! Я собрал вас, хотя все мы должны бы сейчас отдыхать и набираться сил, оплакивать тех, кто не вернулся, и прощаться с ними, — проговорил Нории рокочуще. — Мы должны бы разговаривать о том, как будем жить дальше, или сидеть за пиршественным столом, радуясь вызволению. Я сам желал бы проводить мать и отца, отдать дань их памяти и поторжествовать с вами. Но сейчас дорог каждый час.
