Навстречу ему с восторженно-изумленным клекотом рванул Тамми, понял, в чем дело, вцепился в «нитки» чуть выше, чем Люк, потянул со всей змеемолодецкой мощью вниз. Они оба невидимыми почти растеклись по земле, а затем выпустили хвосты ветерков. Те, освободившись, усвистали в разные стороны, взлохматив и раздергав сизое облако над Норбиджем на несколько частей. Но, самое главное — оно устояло, зависнув плотной мглой чуть выше двух метров над долиной.
Люк услышал, как с тяжелым гулом ушел вверх и помощник-змееветер.
Теперь, когда всадники на раньярах не знали, где внизу свои, где чужие, где нападают, кого атаковать — можно было и поохотиться на тех, кто с заложниками, и попытаться отследить работу артиллерии — после выстрела на месте оставался «фонтанчик» из тумана. Не все орудия находились ниже уровня облака, однако несколько удалось вычислить и уничтожить.
Ренх-сат прятал их в старых горизонтальных шахтах, входы в которые в склонах холмов были скрыты густым лесом. И как орудия туда доставляли, непонятно — потому что подъехать было невозможно. Видимо, таскали ночами, привязав тросами к десятку раньяров.
Поднималось солнце, облако постепенно испарялось. На окраине Норбиджа занялись уличные бои. Первый шеститысячный отряд, разделившись, бился на флангах укреплений, продолжая зачистку и неся огромные потери: c других городков прибыли еще полчища раньяров. Во мгле сверкали росчерки огнедухов. То и дело на склонах раздавались глухие звуки рогов-манков, и там, где облако рассеивалось, видны были медленно спускающиеся в город силуэты тха-охонгов.
Люк и Тамми работали как ужаленные, разделившись: Тамми вызволял заложников, Люк уничтожал стаи, оставшиеся без прикрытия… но слишком медленно это происходило и спасение мирных шло в ущерб защите наземных отрядов Дармоншира."
"Вся логика войны требовала подходить к ней с ледяным сердцем, убивать врагов, не считаясь с потерями женщин, детей, мужчин, но кто сможет выстрелить во врага, зная, что этим выстрелом он убьёт и ребенка?
Раньяров над долиной кружился уже рой, и от ветра, поднятого их крыльями, облако стало рассеиваться еще быстрее. А это значит, что атакующих дармонширцев просто истребят с воздуха.
Нужно было вызывать помощь.
Люк хотел оставить последний аргумент на финальные уличные бои, когда сил у союзников останется мало — но в этом бою до финала дармонширцы могли и не добраться. Он опустился на землю рядом с окопом, залитым кровью и заполненным телами своих и чужих, чудовищ и людей, обернулся человеком и, сжав в руке медальон с изображением собачьей головы, подаренный Нории, крикнул: «Аршавах тер-сели!». И тут же снова взмыл в воздух змеем.