В бездонной глубине Ньордхельма светлоя палитра ночной вселенной разгоняет тьму, вихрет магические оттенки полярного сияния — зеленый, розовый и голубой. Это двенадцатый день Большого Камлания, когда на поверхности Бермонта сотни жителей собираются в ожидании величайших чудес. Сверкающие души, как галактическая система гагара, танцуют под звездное небо, наблюдая за северным полюсом....
Похоже, «Королевская кровь-12. Часть 2 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вновь навернулись слезы. — Тебе успели объяснить, где ты? Если нет — ты в бункере в сорока километрах от столицы, связи сейчас нет, снаружи бьются боги, и мы все ждем исхода битвы и молимся за то, чтобы она закончилась благополучно для Туры. Я распоряжусь забрать тебя, как только будет такая возможность, или сама прилечу к тебе, а пока побудь там, прошу, отдыхай, набирайся сил. Дай боги, мир выстоит, и я смогу обнять тебя, родная. Если захочешь написать ответ — передай его с этой же птицей, либо порежь руку, протяни руку к пламени и скажи: „Отзовись, стихия от стихии моей!“ На пламя появится огнедух, который, выпив твоей крови, сможет отнести мне письмо…».
Не успела Алина дочитать письмо от Василины, как рядом с ней закружились сразу две птицы. И она уже без страха, едва подняв слабую ладонь, взяла маленькую округлую бутылку, еще пахнущую молоком, из лап одной из них.
Письмо от Поли. Лицо ее тронула недоверчивая улыбка.
«Привет, младшая! — Алина словно услышала бодро-жизнерадостный голос Пол .
Следующее письмо.
«Здравствуй, ребенок, — иронично и с любовью писала Марина, — ну ты нас всех и напугала. Говорят, ты там замуж ухитрилась выйти? Не поверишь, я тоже. Поздравляю с вступлением в семейный топ самых странных свадеб, Алиш. И обнимаю тебя крепко — нас сейчас немного трясет, я периодически наблюдаю на экране бой богов и представляю, что ты бы зуб отдала, чтобы тоже это увидеть. Намекаю — у тебя в бункере тоже должны быть внешние камеры и наверняка кто-то из тех, кто сейчас топчет Туру огромными ногами, попал в объектив.
С каждым письмом в душе Алины что-то оттаивало. Она ощущала, что сестры невидимыми стоят рядом, обнимая ее. И последней в этот незримый круг ступила Ангелина.
«Все это время у меня болело сердце за тебя, — писала она, — даже представить боюсь, через какие испытания тебе пришлось пройти. Но главное — ты вернулась. Главное — ты жива, милая.
