С другой стороны, а если кровь Красного, смешанная с кровью Черного, действительно может открыть проход для бога? И не является ли оправданной жертвой уничтожение правящих династий – для предотвращения конца света?
Если же предположить, что сказанное на могильном камне одного из Гёттенхольдов правда и это действительно откроет портал между Лортахом и Турой и освободит Жреца – выстоит ли Тура, когда сюда хлынут полчища кровожадных тварей, ведомых далекими от гуманности и милосердия воинами правителя Лортаха? Ведь они придут не одни – с ними появятся чудовищные боги инсектоидного мира.
– Прекрати истерику, – приказал он себе, врубая ледяную воду – тело сжалось, и Макс застонал сквозь зубы. – Сначала факты, потом будешь решать."
"Он много успел сделать за эту субботу – словно пытался нагрузить себя работой, только чтобы попозже лечь спать. Но когда уши уже заболели от басов тяжелого рока, а в лаборатории рядком встали склянки с мазью, ускоряющей восстановление кожи после ожогов, пришлось закруглиться. Макс взялся за уборку, хотя дом и так сверкал – кажется, даже пыль боялась садиться на его мебель, чтобы не вызвать неудовольствия инляндца – но с ругательством выключил мерно работающий пылесос, достал из стола сигарету – и дал себе еще две минуты отсрочки, выйдя во двор покурить. Сигарета тлела в губах, а он неслышно двигал руками, прислонившись к стене дома и глядя на приветливо качающиеся ему навстречу дубы.
Через несколько минут владения профессора Тротта засияли щитами, способными задержать даже Марта, если тому взбредет в голову устроить другу ночную побудку – а природник лег в кровать и закрыл глаза. И дисциплинированно вырубился.
* * *Его дар-тени, слава богам, ни от кого не убегал и ни с кем не дрался. Лук и броня лежали неподалеку от небольшого скрытого костерка, почти уже прогоревшего и мерцавшего в ночной темени пепельно-красными угольками, а сам Охтор, полуголый, с расслабленно подрагивающими крыльями, мерно разделывал мелкого местного оленя. Размером с собаку – теплокровная живность здесь, в мире Лортах вся была небольшая, резвая и очень мускулистая – иначе не спастись от инсектоидов, господствующих здесь. В папоротниковых лесах в изобилии водились и рептилии, похожие на небольших страусов, в большинстве своем травоядные – мясо и яйца употребляли в пищу, из толстой кожи делали ремни. Были здесь и птицы – Макс всегда удивлялся, насколько местные куры похожи на туринских и подозревал, что выводок несушек и петухов попал сюда через очередной провал. Как, вероятнее всего, и люди – потому что физиологически они ничем не отличались от жителей Туры.
Объединяло животных и людей только одно – всем им приходилось очень быстро бегать. Или летать. Медлительные тут не выживали.