Ему хотелось, чтобы состоялась свадьба, которая прогремит на всю Туру – и пусть все узнают и запомнят, что Марина принадлежит только ему.
* * *Вечером, когда наконец-то в голове выкристаллизовался простой и четкий план, герцог вышел из кабинета и прошелся по замку. Чертыхаясь. Кто бы мог подумать, что здесь столько зеркал?
Вряд ли Луциус круглосуточно наблюдает за ним, но нужно было себя обезопасить.
Люк спустился в подвалы – туда, где содержались братья Дьерштелохты, и там уже, не выпуская из поля зрения дверь – чтобы никто не вошел, закурил и набрал на телефоне Марину. И постарался следить за дыханием, помня, что каким-то чудом она чувствует, когда он врет.
– Привет, – проговорила она в трубку почему-то шепотом.
– Привет, детка, – с удовольствием ответил он. – Занята?
– Мы в Бермонте у Полины, – так же тихо объяснила третья Рудлог. Люк прислушался – странные звуки на фоне оказались медвежьим порыкиванием. Оно отдалялось, что-то глухо похрустывало, и Марина уже громче сказала:
– Я отошла подальше, чтобы не пугать сестер непривычно широкой улыбкой. Они, боюсь, ещё не готовы к моим нежностям.
– Зато я готов, – усмехнулся Дармоншир. – Заглянешь сегодня ко мне? Связывать и оставлять на ночь не буду, обещаю.
– Проголодались, ваша светлость? – коварно поинтересовалась Марина – и он прикрыл глаза от возбуждения и хрипло признался:
– Вот сейчас я ощутил дикий голод, детка."
"Она тихо и дразняще рассмеялась.
– Придется потерпеть. У меня еще все болит, Люк. Знал бы ты, как трудно мне пришлось на работе.
– Черт, – нетерпеливо и жарко сказал он, уже совсем забыв обо всем, кроме нее, – я негодяй, Маришка, но это меня заводит еще больше. Приходи. Я сделаю тебе хорошо. И не больно. Тебе даже двигаться не придется.
– Заманчиво, – тяжело и горячо выдохнула она в трубку. – Но я не могу. Так как на выходных кто-то утащил меня предаваться греху на берегу океана, то вечером придется срочно подбирать наряд на завтрашнюю церемонию. У меня вечер расписан по минутам, и никак не улизнуть. Так что завтра увидимся, ваша светлость. Не потерпишь?
– Да я и сегодня-то с трудом вытерпел, – честно признался Люк. – Но… возможно, мы завтра не увидимся.
– А что такое? – тут же насторожилась она.
– Скорее всего, я буду сидеть в королевской тюрьме, детка.
– Так, – серьезно проговорила Марина, и он снова ощутил во рту кислятину и поморщился сам от себя. – Что случилось?
Он хмыкнул. Насколько возможно небрежно.
– Не бери в голову, Маришка. Я справлюсь.
– Кембритч, – зло отчеканила принцесса, – немедленно скажи мне, в чем дело.
– Марина, – сейчас он добавил в голос чуть насмешки и терпения, – во-первых, это не твоя проблема, а моя, и мне ее решать, а во-вторых, это совсем не телефонный разговор.