Судьба огненного рода связана с древним долгом перед землями драконьего Владыки. Пятьсот лет спустя потомок всё ещё расплачивается за преступления предков. Опустошённая пустыня требует искупления, и герою предстоит разорвать проклятие, которое раз за разом возвращает его на проклятые земли.
Раздел Chitat.online для книги «Королевская кровь. Книга 7» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Судьба огненного рода связана с древним долгом перед землями драконьего Владыки. Пятьсот лет спустя потомок всё ещё расплачивается за преступления предков. Опустошённая пустыня требует искупления, и герою предстоит разорвать проклятие, которое раз за разом возвращает его на проклятые земли.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ирина Владимировна Котова Самиздат подборки серии
Судьба огненного рода связана с древним долгом перед землями драконьего Владыки. Пятьсот лет спустя потомок всё ещё расплачивается за преступления предков. Опустошённая пустыня требует искупления, и герою предстоит разорвать проклятие, которое раз за разом возвращает его на проклятые земли.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Королевская кровь. Книга 7» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
"
"– То есть, получается, – проговорил Алекс немного невпопад, – если бы, условно говоря, в нижний мир ушел Великий Бер, то берманы здесь бы существовали только в человеческой форме, а там отдельно разгуливали бы медвежьи ипостаси?
– Да, – кивнул Тротт. – Я долгое время после инициации видел сны про жизнь моего дар-тени. Михей их тоже видел, реже, чем я, и по его словам, его половинка не помнила о жизни на Туре. Но, насколько я знаю, большая часть потомков Черного жреца в принципе ничего не знает о дар-тени и никаких снов не видит. Так мы и жили, приспособившись к своим особенностям. И жили бы дальше, если бы не случай. Тогда меня начало «выбрасывать» в Нижний мир. Я не просто видел сны, я жил в том теле. Только через несколько лет я научился контролировать эти переходы. Сейчас я могу, засыпая, осознанно переносить свое сознание, душу… как хотите… в свою вторую ипостась в Лортахе. В этот момент происходит слияние памяти, опыта, знаний. И мы становимся одной сущностью. Когда Мартин решил поиграть во взломщика, – барон невольно потер сломанную руку, – я как раз находился внизу. Хотел проверить твои видения, Алекс. Про армии чудовищ и прорывы.
– Проверил? – поинтересовался Алекс.
– Ничего утешительного, Саш. Собственно, информация, которую я узнал, не оставляла мне выбора. Все равно пришлось бы все вам рассказать. Но не так экстремально, – и инляндец снова выразительно глянул на Мартина.
– Да понял я уже, понял, – пробурчал тот. – Не культивируй во мне чувство вины, рыжее ты чудовище. Воспитатель из тебя никакой. Давай лучше про этих… муравьев. И сядь ты, богов ради. Пока ты не расскажешь, Саня все равно не будет на тебя набрасываться, а у меня уже шея затекла на тебя смотреть.
Природник, он же чудовище и демон, хмыкнул, посмотрел на покачавшего головой Алекса, отошел от окна и сел за стол. И подробно поведал обо всем, что узнал в последний спуск в Нижний мир.
Говорил очень долго, периодически останавливаясь – даже натренированный на лекциях голос начинал срываться в сип. Вечер медленно уходил в ночь, Вики зевала, пригревшись под боком у тихого барона, поглядывающего на друга блестящими от возбуждения глазами. Александр, прислушиваясь, взял на себя роль хозяина и ушел на кухню – через несколько минут по дому потек аромат крепкого кофе, и господа волшебники оживились, закрутили головами. И когда лорд ректор, как заправская домохозяйка, появился с подносом, на котором стояли большой кофейник, кувшин со сливками, и сахарница с щипчиками, и хрустящее печенье – от нетерпения застонали все.
– То есть, – проговорил Свидерский, когда Тротт, наконец, выдохся и замолчал, – вероятность того, что устойчивый проход или проходы для их армий все же откроются сюда, все же велика.
